Игорь СеверянинВы помните прелестный уголок (Янтарная элегия)

Игорь Северянин [severyanin]

Вы помните прелестный уголок —
Осенний парк в цвету янтарно-алом?
И мрамор урн, поставленных бокалом
4 На перекрестке палевых дорог?

Вы помните студеное стекло
Зеленых струй форелевой речонки?
Вы помните комичные опенки
8 Под кедрами, склонившими чело?

Вы помните над речкою шалэ,
Как я назвал трехкомнатную дачу,
Где плакал я от счастья, и заплачу
12 Еще не раз о ласке и тепле?

Вы помните... О да! забыть нельзя
Того, что даже нечего и помнить...
Мне хочется Вас грезами исполнить
16 И попроситься робко к Вам в друзья...

Другие анализы стихотворений Игоря Северянина

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

помнить

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Количество символов

517

Количество символов без пробелов

431

Количество слов

82

Количество уникальных слов

63

Количество значимых слов

25

Количество стоп-слов

33

Количество строк

16

Количество строф

4

Водность

69,5 %

Классическая тошнота

2,45

Академическая тошнота

12,2 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

помнить

6

7,32 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Комментарии

Vy pomnite prelestny ugolok

Igor Severyanin

Yantarnaya elegia

Vy pomnite prelestny ugolok —
Osenny park v tsvetu yantarno-alom?
I mramor urn, postavlennykh bokalom
Na perekrestke palevykh dorog?

Vy pomnite studenoye steklo
Zelenykh struy forelevoy rechonki?
Vy pomnite komichnye openki
Pod kedrami, sklonivshimi chelo?

Vy pomnite nad rechkoyu shale,
Kak ya nazval trekhkomnatnuyu dachu,
Gde plakal ya ot schastya, i zaplachu
Yeshche ne raz o laske i teple?

Vy pomnite... O da! zabyt nelzya
Togo, chto dazhe nechego i pomnit...
Mne khochetsya Vas grezami ispolnit
I poprositsya robko k Vam v druzya...

Ds gjvybnt ghtktcnysq eujkjr

Bujhm Ctdthzyby

Zynfhyfz 'ktubz

Ds gjvybnt ghtktcnysq eujkjr —
Jctyybq gfhr d wdtne zynfhyj-fkjv?
B vhfvjh ehy, gjcnfdktyys[ ,jrfkjv
Yf gthtrhtcnrt gfktds[ ljhju?

Ds gjvybnt cneltyjt cntrkj
Ptktys[ cnheq ajhtktdjq htxjyrb?
Ds gjvybnt rjvbxyst jgtyrb
Gjl rtlhfvb, crkjybdibvb xtkj?

Ds gjvybnt yfl htxrj/ ifk',
Rfr z yfpdfk nht[rjvyfnye/ lfxe,
Ult gkfrfk z jn cxfcnmz, b pfgkfxe
Tot yt hfp j kfcrt b ntgkt?

Ds gjvybnt/// J lf! pf,snm ytkmpz
Njuj, xnj lf;t ytxtuj b gjvybnm///
Vyt [jxtncz Dfc uhtpfvb bcgjkybnm
B gjghjcbnmcz hj,rj r Dfv d lhepmz///