Андрей БелыйВ глухих Судьбинах (Христос воскрес)

Андрей Белый [bely]

В глухих Судьбинах,
В земных Глубинах,
В веках, В народах,
4 В сплошных Синеродах
Небес — Да пребудет
Весть: — «Христос
Воскрес!» — Есть.
8 Было. Будет.

Перегорающее страдание
Сиянием
Омолнило
12 Лик,
Как алмаз, —
— Когда что-то,
Блеснувши неимоверно,
16 Преисполнило этого человека,
Простирающего длани
От века и до века —

За нас.
20 — Когда что-то
Зареяло
Из вне-времени,
Пронизывая Его от темени
24 До пяты...
И провеяло
В ухо
Вострубленной
28 Бурею Духа: —
— «Сын,
Возлюбленный —
Ты!»

32 Зарея
Огромными зорями,
В небе
Прорезалась Назарея...
36 Жребий —
Был брошен.

Толпы народа
На Иордане
40 Увидели явственно: два
Крыла.
Сиянием
Преисполнились
44 Длани
Этого человека...

И перегорающим страданием
Века
48 Омолнилась
Голова.
И по толпам
Народа
52 Желтым
Маревом,
Как заревом,
Запрядала разорванная мгла, —

56 Над, как дым,
Сквозною толовою
Веющею
Верою
60 Кропя Его слова. —
Из лазоревой окрестности,
В зеленеющие
Местности
64 Опускалось что-то световою
Атмосферою...

Прорезывался луч
В Новозаветные лета...
68 И помавая кровавыми главами
Туч,
Назарея
Прорезывалась славами
72 Света.

После Он простер
Мертвеющие, посинелые от муки
Руки
76 И взор —
В пустые
Тверди...
Руки
80 Повисли,
Как жерди,
В густые
Мраки...

84 Измученное, перекрученное
Тело
Висело
Без мысли.
88 Кровавились
Знаки,
Как красные раны,
На изодранных ладонях
92 Полутрупа.

Глаз остеклелою впадиною
Уставился пусто
И тупо
96 В туманы
И мраки,
Нависшие густо.
А воины в бронях,
100 Поблескивая шлемами,
Проходили под перекладиною.

Голова
Окровавленного,
104 Лохматого
Разбойника,
Распятого —
— Как и Он —
108 Хохотом
Насмешливо приветствовала:

— «Господи,
Приемли
112 Новоявленного
Сына Твоего!»
И тяжелым грохотом
Ответствовали
116 Земли.

В опрокинутое мировое дно,
Где не было никакого солнца, которое
На Иордани
120 Слетело,
Низринутое
В это тело
Перстное и преисполненное бремени —
124 Какое-то ужасное Оно,
С мотающимися перепутанными волосами,
Угасая
И простирая рваные
128 Израненные
Длани, —
В девятый час
Хрипло крикнуло из темени
132 На нас:
— «Или... Сафахвани!»

Деревянное тело
С темными пятнами впадин
136 Провалившихся странно
Глаз
Деревенеющего Лика, —
Проволокли, —
140 Точно желтую палку,
Забинтованную
В шелестящие пелены —
Проволокли
144 В ей уготованные
Глубины.
Без слов
И без веры
148 В воскресение...

Проволокли
В пещеры —
В тусклом освещении
152 Красных факелов.

От огромной скорби
Господней
Упадали удары
156 Из преисподней —
В тяжелый,
Старый
Шар.
160 Обрушились суши
И горы,
Изгорбились
Бурей озера...
164 И изгорбились долы...
Разламывались холмы...
А души —
Душа за душою —
168 Валились в глухие тьмы.

Проступали в туманы
Неясные
Пасти
172 Чудовищной глубины...
Обнажались
Обманы
И ужасные
176 Страсти
Выбежавшего на белый свет
Сатаны.
В землетрясениях и пожарах
180 Разрывались
Старые шары
Планет.

По огромной,
184 По темной
Вселенной,
Шатаясь,

Таскался мир.
188 Облекаясь,
Как в саван тленный,
В разлагающийся эфир.

Было видно, как два вампира,
192 С гримасою красных губ,
Волокли по дорогам мира
Забинтованный труп.

Нам желтея,
196 В нас без мысли
Подымаясь, как вопрос, —
Эти проткнутые ребра,
Перекрученные руки,
200 Препоясанные чресла —
В девятнадцатом столетии провисли:

— «Господи,
И это
204 Был —
Христос?»
Но это —
Воскресло...

208 Снова там —
Терновые
Венцы,
Снова нам —
212 Провисли
Мертвецы
Под двумя столбами с перекладиною,
Хриплыми глухими, голосами,
216 Перепутанными волосами,
Остеклелой впадиною
Глаз —
Угрожая, мертвенные
220 Мысли
Остро, грозно, мертвенно
Прорезываются в нас.

Разбойники
224 И насильники —
Мы.
Мы над телом Покойника
Посыпаем пеплом власы
228 И погашаем
Светильники.

В прежней бездне
Безверия
232 Мы, —
Не понимая,
Что именно в эти дни и часы —
Совершается
236 Мировая
Мистерия...

Мы забыли: —
Из темных
240 Расколов
В пещеру, где труп лежал,
С раскаленных,
Огромных
244 Престолов
Преисподний пламень
Бежал.

Отбросило старый камень;
248 Сорваны пелены:
Тело,
От почвы оторванное,
Слетело
252 Сквозь землю
В разъятые глубины.

Труп из вне-времени
Лазурей,
256 Пронизанный от темени
До пяты
Бурей
Вострубленной
260 Вытянулся от земли до эфира...
И грянуло в ухо
Мира:
— «Сын,
264 Возлюбленный —
Ты!»

Пресуществленные божественно
Пелены,
268 Как порфира,
Расширенная без меры,
Пронизывали мировое пространство,
Выструиваясь из земли.
272 Пресуществлепное невещественно
Тело —
В пространство
Развеяло атмосферы,
276 Которые сияюще протекли.

Из пустыни
Вне-времени
Преисполнилось светами
280 Мировое дно, —
Как оно —
Тело
Солнечного Человека,
284 Сияющее Новозаветными летами
И ставшее отныне
И до века —
Телом земли.

288 Вспыхнула Вселенной
Голова,
И нетленно
Простертые длани
292 От Запада до Востока, —
Как два
Крыла.
Орла,
296 Сияющие издалека.

Страна моя
Есть
Могила,
300 Простершая
Бледный
Крест, —
В суровые своды
304 Неба
И —
В неизвестности
Мест.

308 Обвили убогие
Местности
Бедный,
Убогий Крест —
312 В сухие,
Строгие
Колосья хлеба,
Выторачивающие окрест.
316 Святое,
Пустое
Место, —
В святыне
320 Твои сыны!

Россия,
Ты ныне
Невеста...
324 Приемли
Весть
Весны...
Земли,
328 Прордейте
Цветами
И прозеленейте
Березами:

332 Есть —
Воскресение...
С нами —
Спасение...

336 Исходит огромными розами
Прорастающий Крест!

Железнодорожная
Линия...
340 Красные, зеленые, синие
Огоньки
И взлетающие
Стрелки, —
344 Все, все, все
Сулит
Невозможное...

Твердят
348 Голосящие
Вдали паровики,
Убегающие
По линии:
352 «Да здравствует Третий
Интернационал».

Мелкий
Дождичек стрекочет
356 И твердит:
«Третий
Интернационал».

Выкидывает телеграфная лента:
360 «Интернационал»...

Железнодорожная
Линия,
Убегающая в сети
364 Туманов, —
Голосит свистками
распропагандированного
Паровика
368 Про невозможное.

И раскидывает свои блески —
За ветвями зеленеющего тополя...
Раздаются сухие трески
372 Револьверных переливов.

А из пушечного гула
Сутуло
Просунулась спина
376 Очкастого, расслабленного
интеллигента.

Видна, —
Мохнатая голова,
380 Произносящая
Негодующие
Слова

О значении
384 Константинополя
И проливов, —
В дующие
Пространства
388 И в сухие трески
Револьверных взрывов...

На мгновение
Водворяется странная
392 Тишина, —
В которую произносятся слова
Расслабленного
Интеллигента.

396 Браунинг
Красным хохотом
Разрывается в воздух, —

Тело окровавленного
400 Железнодорожника
Падает под грохотом.

Подымают его
Два безбожника
404 Под забором...
На кого-то напали...

На крик и на слезы —
Ответствуют паровозы,
408 Да хором
Поют о братстве народов...

Знамена ответствуют
Лепетом.

412 И воробьи с пригородных огородов
Приветствуют
Щебетом —
Падающих покойников.

416 Обороняясь от кого-то,
Заваливает дровами ворота
Весь домовой комитет.

Под железными воротами —
420 Кто-то...

Злая, лающая тьма
Прилегла —
Нападает

424 Пулеметами
На дома, —
И на членов домового комитета.

Обнимает
428 Странными туманами
Тела, —

Злая, лающая тьма
Нападает
432 Из вне-времени —
Пулеметами...

Из раздробленного
Темени,
436 С переломленной
Руки —
Хлещут красными
Фонтанами
440 Ручьи...

И какое-то ужасное Оно
С мотающимися перекрученными
Руками
444 И неясными
Пятнами впадин
Глаз —

Стремительно
448 Проволокли —
Точно желтую забинтованную
Палку, —

Под ослепительный
452 Алмаз
Стоящего вдали
Автомобиля.

Это жалкое, желтое тело
456 Пятнами впадин
Глаз, —
Провисая между двух перекладин,
Из тьмы
460 Вперяется
В нас.

Это жалкое, желтое тело
Проволакиваем:
464 Мы —
— В себя: —
Во тьмы
И в пещеры
468 Безверия, —
Не понимая,
Что эта мистерия
Совершается вами —
472 — в нас.

Наше жалкое, желтое тело
Пятнами впадин
Глаз, —
476 Провисая меж двух перекладин,
Из тьмы
Вперяется
В нас.

480 А весть
Прогремела Осанной.

Есть
Странный
484 Пламень
В пещере безверия, —
Когда озаряется
Мгла
488 И от нас
Отваливаются
Тела, —
Как падающий камень.

492 Россия,
Страна моя —
Ты — та самая,
Облеченная солнцем Жена,
496 К которой
Возносятся
Взоры...

Вижу явственно я:
500 Россия,
Моя, —
Богоносица,
Побеждающая Змия...

504 Народы,
Населяющие Тебя,
Из дыма
Простерли
508 Длани

В Твои пространства, —
Преисполненные пения
И огня
512 Слетающего Серафима.

И что-то в горле
У меня
Сжимается от умиления.

516 Я знаю: огромная атмосфера
Сиянием
Опускается
На каждого из нас, —
520 Перегорающим страданием
Века
Омолнится
Голова
524 Каждого человека.

И Слово,
Стоящее ныне
По середине
528 Сердца,
Бурями вострублеиной
Весны,
Простерло
532 Гласящие глубины
Из огненного горла:

— «Сыны
Возлюбленные, —
536 Христос Воскрес!»

Другие анализы стихотворений Андрея Белого

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

оно иза тьма желтый век земля тело глубина огромный впадина

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Количество символов

7 857

Количество символов без пробелов

6 657

Количество слов

1 037

Количество уникальных слов

526

Количество значимых слов

458

Количество стоп-слов

292

Количество строк

536

Количество строф

76

Водность

55,8 %

Классическая тошнота

4,00

Академическая тошнота

5,5 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

иза

16

1,54 %

тело

14

1,35 %

впадина

6

0,58 %

желтый

6

0,58 %

земля

6

0,58 %

огромный

6

0,58 %

оно

6

0,58 %

тьма

6

0,58 %

век

5

0,48 %

глубина

5

0,48 %

голов

5

0,48 %

длань

5

0,48 %

красное

5

0,48 %

народ

5

0,48 %

сын

5

0,48 %

вне-время

4

0,39 %

мировой

4

0,39 %

перекладина

4

0,39 %

пещера

4

0,39 %

проволочь

4

0,39 %

простереть

4

0,39 %

пространство

4

0,39 %

пятно

4

0,39 %

темень

4

0,39 %

туман

4

0,39 %

что-то

4

0,39 %

атмосфера

3

0,29 %

безверие

3

0,29 %

буря

3

0,29 %

весть

3

0,29 %

воскреснуть

3

0,29 %

все

3

0,29 %

душа

3

0,29 %

жалкий

3

0,29 %

забинтовать

3

0,29 %

интернационал

3

0,29 %

крест

3

0,29 %

линия

3

0,29 %

мысль

3

0,29 %

небо

3

0,29 %

ответствовать

3

0,29 %

падать

3

0,29 %

пелена

3

0,29 %

перегорать

3

0,29 %

перекрутить

3

0,29 %

прорезываться

3

0,29 %

пустой

3

0,29 %

россия

3

0,29 %

света

3

0,29 %

сияние

3

0,29 %

страдание

3

0,29 %

странный

3

0,29 %

сухой

3

0,29 %

твой

3

0,29 %

темный

3

0,29 %

труп

3

0,29 %

ужасный

3

0,29 %

христос

3

0,29 %

алмаз

2

0,19 %

вдали

2

0,19 %

вера

2

0,19 %

весна

2

0,19 %

взор

2

0,19 %

возлюбленный

2

0,19 %

волос

2

0,19 %

воскресение

2

0,19 %

вострубить

2

0,19 %

вперяться

2

0,19 %

вселенная

2

0,19 %

глухой

2

0,19 %

голосить

2

0,19 %

горло

2

0,19 %

господь

2

0,19 %

грохот

2

0,19 %

густой

2

0,19 %

дно

2

0,19 %

домовый

2

0,19 %

дым

2

0,19 %

железнодорожный

2

0,19 %

зеленеть

2

0,19 %

злой

2

0,19 %

изгорбиться

2

0,19 %

интеллигент

2

0,19 %

какой-то

2

0,19 %

камень

2

0,19 %

комитет

2

0,19 %

крыть

2

0,19 %

лающий

2

0,19 %

лет

2

0,19 %

лика

2

0,19 %

мгла

2

0,19 %

мертвенный

2

0,19 %

местность

2

0,19 %

миро

2

0,19 %

мистерия

2

0,19 %

мотаться

2

0,19 %

мрак

2

0,19 %

над

2

0,19 %

назарей

2

0,19 %

нападать

2

0,19 %

невозможный

2

0,19 %

неясный

2

0,19 %

новозаветный

2

0,19 %

ныне

2

0,19 %

окровавленный

2

0,19 %

опускаться

2

0,19 %

палка

2

0,19 %

паровик

2

0,19 %

перепутать

2

0,19 %

пламень

2

0,19 %

покойник

2

0,19 %

понимать

2

0,19 %

преисполнить

2

0,19 %

преисполниться

2

0,19 %

приветствовать

2

0,19 %

приемать

2

0,19 %

провисать

2

0,19 %

провиснуть

2

0,19 %

пронизывать

2

0,19 %

простирать

2

0,19 %

пулемет

2

0,19 %

пята

2

0,19 %

разбойник

2

0,19 %

разрываться

2

0,19 %

расслабить

2

0,19 %

револьверный

2

0,19 %

сиять

2

0,19 %

слететь

2

0,19 %

снова

2

0,19 %

совершаться

2

0,19 %

солнце

2

0,19 %

старый

2

0,19 %

стоящий

2

0,19 %

страна

2

0,19 %

твердить

2

0,19 %

толпа

2

0,19 %

точно

2

0,19 %

треска

2

0,19 %

третий

2

0,19 %

тяжелый

2

0,19 %

убегать

2

0,19 %

ухо

2

0,19 %

хохот

2

0,19 %

час

2

0,19 %

шар

2

0,19 %

эфир

2

0,19 %

явственный

2

0,19 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Комментарии

V glukhikh Sudbinakh

Andrey Bely

Khristos voskres

V glukhikh Sudbinakh,
V zemnykh Glubinakh,
V vekakh, V narodakh,
V sploshnykh Sinerodakh
Nebes — Da prebudet
Vest: — «Khristos
Voskres!» — Yest.
Bylo. Budet.

Peregorayushcheye stradaniye
Sianiyem
Omolnilo
Lik,
Kak almaz, —
— Kogda chto-to,
Blesnuvshi neimoverno,
Preispolnilo etogo cheloveka,
Prostirayushchego dlani
Ot veka i do veka —

Za nas.
— Kogda chto-to
Zareyalo
Iz vne-vremeni,
Pronizyvaya Yego ot temeni
Do pyaty...
I proveyalo
V ukho
Vostrublennoy
Bureyu Dukha: —
— «Syn,
Vozlyublenny —
Ty!»

Zareya
Ogromnymi zoryami,
V nebe
Prorezalas Nazareya...
Zhreby —
Byl broshen.

Tolpy naroda
Na Iordane
Uvideli yavstvenno: dva
Kryla.
Sianiyem
Preispolnilis
Dlani
Etogo cheloveka...

I peregorayushchim stradaniyem
Veka
Omolnilas
Golova.
I po tolpam
Naroda
Zheltym
Marevom,
Kak zarevom,
Zapryadala razorvannaya mgla, —

Nad, kak dym,
Skvoznoyu tolovoyu
Veyushcheyu
Veroyu
Kropya Yego slova. —
Iz lazorevoy okrestnosti,
V zeleneyushchiye
Mestnosti
Opuskalos chto-to svetovoyu
Atmosferoyu...

Prorezyvalsya luch
V Novozavetnye leta...
I pomavaya krovavymi glavami
Tuch,
Nazareya
Prorezyvalas slavami
Sveta.

Posle On proster
Mertveyushchiye, posinelye ot muki
Ruki
I vzor —
V pustye
Tverdi...
Ruki
Povisli,
Kak zherdi,
V gustye
Mraki...

Izmuchennoye, perekruchennoye
Telo
Viselo
Bez mysli.
Krovavilis
Znaki,
Kak krasnye rany,
Na izodrannykh ladonyakh
Polutrupa.

Glaz ostekleloyu vpadinoyu
Ustavilsya pusto
I tupo
V tumany
I mraki,
Navisshiye gusto.
A voiny v bronyakh,
Pobleskivaya shlemami,
Prokhodili pod perekladinoyu.

Golova
Okrovavlennogo,
Lokhmatogo
Razboynika,
Raspyatogo —
— Kak i On —
Khokhotom
Nasmeshlivo privetstvovala:

— «Gospodi,
Priyemli
Novoyavlennogo
Syna Tvoyego!»
I tyazhelym grokhotom
Otvetstvovali
Zemli.

V oprokinutoye mirovoye dno,
Gde ne bylo nikakogo solntsa, kotoroye
Na Iordani
Sletelo,
Nizrinutoye
V eto telo
Perstnoye i preispolnennoye bremeni —
Kakoye-to uzhasnoye Ono,
S motayushchimisya pereputannymi volosami,
Ugasaya
I prostiraya rvanye
Izranennye
Dlani, —
V devyaty chas
Khriplo kriknulo iz temeni
Na nas:
— «Ili... Safakhvani!»

Derevyannoye telo
S temnymi pyatnami vpadin
Provalivshikhsya stranno
Glaz
Dereveneyushchego Lika, —
Provolokli, —
Tochno zheltuyu palku,
Zabintovannuyu
V shelestyashchiye peleny —
Provolokli
V yey ugotovannye
Glubiny.
Bez slov
I bez very
V voskreseniye...

Provolokli
V peshchery —
V tusklom osveshchenii
Krasnykh fakelov.

Ot ogromnoy skorbi
Gospodney
Upadali udary
Iz preispodney —
V tyazhely,
Stary
Shar.
Obrushilis sushi
I gory,
Izgorbilis
Burey ozera...
I izgorbilis doly...
Razlamyvalis kholmy...
A dushi —
Dusha za dushoyu —
Valilis v glukhiye tmy.

Prostupali v tumany
Neyasnye
Pasti
Chudovishchnoy glubiny...
Obnazhalis
Obmany
I uzhasnye
Strasti
Vybezhavshego na bely svet
Satany.
V zemletryaseniakh i pozharakh
Razryvalis
Starye shary
Planet.

Po ogromnoy,
Po temnoy
Vselennoy,
Shatayas,

Taskalsya mir.
Oblekayas,
Kak v savan tlenny,
V razlagayushchysya efir.

Bylo vidno, kak dva vampira,
S grimasoyu krasnykh gub,
Volokli po dorogam mira
Zabintovanny trup.

Nam zhelteya,
V nas bez mysli
Podymayas, kak vopros, —
Eti protknutye rebra,
Perekruchennye ruki,
Prepoyasannye chresla —
V devyatnadtsatom stoletii provisli:

— «Gospodi,
I eto
Byl —
Khristos?»
No eto —
Voskreslo...

Snova tam —
Ternovye
Ventsy,
Snova nam —
Provisli
Mertvetsy
Pod dvumya stolbami s perekladinoyu,
Khriplymi glukhimi, golosami,
Pereputannymi volosami,
Ostekleloy vpadinoyu
Glaz —
Ugrozhaya, mertvennye
Mysli
Ostro, grozno, mertvenno
Prorezyvayutsya v nas.

Razboyniki
I nasilniki —
My.
My nad telom Pokoynika
Posypayem peplom vlasy
I pogashayem
Svetilniki.

V prezhney bezdne
Bezveria
My, —
Ne ponimaya,
Chto imenno v eti dni i chasy —
Sovershayetsya
Mirovaya
Misteria...

My zabyli: —
Iz temnykh
Raskolov
V peshcheru, gde trup lezhal,
S raskalennykh,
Ogromnykh
Prestolov
Preispodny plamen
Bezhal.

Otbrosilo stary kamen;
Sorvany peleny:
Telo,
Ot pochvy otorvannoye,
Sletelo
Skvoz zemlyu
V razyatye glubiny.

Trup iz vne-vremeni
Lazurey,
Pronizanny ot temeni
Do pyaty
Burey
Vostrublennoy
Vytyanulsya ot zemli do efira...
I gryanulo v ukho
Mira:
— «Syn,
Vozlyublenny —
Ty!»

Presushchestvlennye bozhestvenno
Peleny,
Kak porfira,
Rasshirennaya bez mery,
Pronizyvali mirovoye prostranstvo,
Vystruivayas iz zemli.
Presushchestvlepnoye neveshchestvenno
Telo —
V prostranstvo
Razveyalo atmosfery,
Kotorye siayushche protekli.

Iz pustyni
Vne-vremeni
Preispolnilos svetami
Mirovoye dno, —
Kak ono —
Telo
Solnechnogo Cheloveka,
Siayushcheye Novozavetnymi letami
I stavsheye otnyne
I do veka —
Telom zemli.

Vspykhnula Vselennoy
Golova,
I netlenno
Prostertye dlani
Ot Zapada do Vostoka, —
Kak dva
Kryla.
Orla,
Siayushchiye izdaleka.

Strana moya
Yest
Mogila,
Prostershaya
Bledny
Krest, —
V surovye svody
Neba
I —
V neizvestnosti
Mest.

Obvili ubogiye
Mestnosti
Bedny,
Ubogy Krest —
V sukhiye,
Strogiye
Kolosya khleba,
Vytorachivayushchiye okrest.
Svyatoye,
Pustoye
Mesto, —
V svyatyne
Tvoi syny!

Rossia,
Ty nyne
Nevesta...
Priyemli
Vest
Vesny...
Zemli,
Prordeyte
Tsvetami
I prozeleneyte
Berezami:

Yest —
Voskreseniye...
S nami —
Spaseniye...

Iskhodit ogromnymi rozami
Prorastayushchy Krest!

Zheleznodorozhnaya
Linia...
Krasnye, zelenye, siniye
Ogonki
I vzletayushchiye
Strelki, —
Vse, vse, vse
Sulit
Nevozmozhnoye...

Tverdyat
Golosyashchiye
Vdali paroviki,
Ubegayushchiye
Po linii:
«Da zdravstvuyet Trety
Internatsional».

Melky
Dozhdichek strekochet
I tverdit:
«Trety
Internatsional».

Vykidyvayet telegrafnaya lenta:
«Internatsional»...

Zheleznodorozhnaya
Linia,
Ubegayushchaya v seti
Tumanov, —
Golosit svistkami
raspropagandirovannogo
Parovika
Pro nevozmozhnoye.

I raskidyvayet svoi bleski —
Za vetvyami zeleneyushchego topolya...
Razdayutsya sukhiye treski
Revolvernykh perelivov.

A iz pushechnogo gula
Sutulo
Prosunulas spina
Ochkastogo, rasslablennogo
intelligenta.

Vidna, —
Mokhnataya golova,
Proiznosyashchaya
Negoduyushchiye
Slova

O znachenii
Konstantinopolya
I prolivov, —
V duyushchiye
Prostranstva
I v sukhiye treski
Revolvernykh vzryvov...

Na mgnoveniye
Vodvoryayetsya strannaya
Tishina, —
V kotoruyu proiznosyatsya slova
Rasslablennogo
Intelligenta.

Brauning
Krasnym khokhotom
Razryvayetsya v vozdukh, —

Telo okrovavlennogo
Zheleznodorozhnika
Padayet pod grokhotom.

Podymayut yego
Dva bezbozhnika
Pod zaborom...
Na kogo-to napali...

Na krik i na slezy —
Otvetstvuyut parovozy,
Da khorom
Poyut o bratstve narodov...

Znamena otvetstvuyut
Lepetom.

I vorobyi s prigorodnykh ogorodov
Privetstvuyut
Shchebetom —
Padayushchikh pokoynikov.

Oboronyayas ot kogo-to,
Zavalivayet drovami vorota
Ves domovoy komitet.

Pod zheleznymi vorotami —
Kto-to...

Zlaya, layushchaya tma
Prilegla —
Napadayet

Pulemetami
Na doma, —
I na chlenov domovogo komiteta.

Obnimayet
Strannymi tumanami
Tela, —

Zlaya, layushchaya tma
Napadayet
Iz vne-vremeni —
Pulemetami...

Iz razdroblennogo
Temeni,
S perelomlennoy
Ruki —
Khleshchut krasnymi
Fontanami
Ruchyi...

I kakoye-to uzhasnoye Ono
S motayushchimisya perekruchennymi
Rukami
I neyasnymi
Pyatnami vpadin
Glaz —

Stremitelno
Provolokli —
Tochno zheltuyu zabintovannuyu
Palku, —

Pod oslepitelny
Almaz
Stoyashchego vdali
Avtomobilya.

Eto zhalkoye, zheltoye telo
Pyatnami vpadin
Glaz, —
Provisaya mezhdu dvukh perekladin,
Iz tmy
Vperyayetsya
V nas.

Eto zhalkoye, zheltoye telo
Provolakivayem:
My —
— V sebya: —
Vo tmy
I v peshchery
Bezveria, —
Ne ponimaya,
Chto eta misteria
Sovershayetsya vami —
— v nas.

Nashe zhalkoye, zheltoye telo
Pyatnami vpadin
Glaz, —
Provisaya mezh dvukh perekladin,
Iz tmy
Vperyayetsya
V nas.

A vest
Progremela Osannoy.

Yest
Stranny
Plamen
V peshchere bezveria, —
Kogda ozaryayetsya
Mgla
I ot nas
Otvalivayutsya
Tela, —
Kak padayushchy kamen.

Rossia,
Strana moya —
Ty — ta samaya,
Oblechennaya solntsem Zhena,
K kotoroy
Voznosyatsya
Vzory...

Vizhu yavstvenno ya:
Rossia,
Moya, —
Bogonositsa,
Pobezhdayushchaya Zmia...

Narody,
Naselyayushchiye Tebya,
Iz dyma
Prosterli
Dlani

V Tvoi prostranstva, —
Preispolnennye penia
I ognya
Sletayushchego Serafima.

I chto-to v gorle
U menya
Szhimayetsya ot umilenia.

Ya znayu: ogromnaya atmosfera
Sianiyem
Opuskayetsya
Na kazhdogo iz nas, —
Peregorayushchim stradaniyem
Veka
Omolnitsya
Golova
Kazhdogo cheloveka.

I Slovo,
Stoyashcheye nyne
Po seredine
Serdtsa,
Buryami vostrubleinoy
Vesny,
Prosterlo
Glasyashchiye glubiny
Iz ognennogo gorla:

— «Syny
Vozlyublennye, —
Khristos Voskres!»

D uke[b[ Celm,byf[

Fylhtq ,tksq

[hbcnjc djcrhtc

D uke[b[ Celm,byf[,
D ptvys[ Uke,byf[,
D dtrf[, D yfhjlf[,
D cgkjiys[ Cbythjlf[
Yt,tc — Lf ght,eltn
Dtcnm: — «[hbcnjc
Djcrhtc!» — Tcnm/
,skj/ ,eltn/

Gthtujhf/ott cnhflfybt
Cbzybtv
Jvjkybkj
Kbr,
Rfr fkvfp, —
— Rjulf xnj-nj,
,ktcyedib ytbvjdthyj,
Ghtbcgjkybkj 'njuj xtkjdtrf,
Ghjcnbhf/otuj lkfyb
Jn dtrf b lj dtrf —

Pf yfc/
— Rjulf xnj-nj
Pfhtzkj
Bp dyt-dhtvtyb,
Ghjybpsdfz Tuj jn ntvtyb
Lj gzns///
B ghjdtzkj
D e[j
Djcnhe,ktyyjq
,eht/ Le[f: —
— «Csy,
Djpk/,ktyysq —
Ns!»

Pfhtz
Juhjvysvb pjhzvb,
D yt,t
Ghjhtpfkfcm Yfpfhtz///
;ht,bq —
,sk ,hjity/

Njkgs yfhjlf
Yf Bjhlfyt
Edbltkb zdcndtyyj: ldf
Rhskf/
Cbzybtv
Ghtbcgjkybkbcm
Lkfyb
'njuj xtkjdtrf///

B gthtujhf/obv cnhflfybtv
Dtrf
Jvjkybkfcm
Ujkjdf/
B gj njkgfv
Yfhjlf
;tknsv
Vfhtdjv,
Rfr pfhtdjv,
Pfghzlfkf hfpjhdfyyfz vukf, —

Yfl, rfr lsv,
Crdjpyj/ njkjdj/
Dt/ot/
Dthj/
Rhjgz Tuj ckjdf/ —
Bp kfpjhtdjq jrhtcnyjcnb,
D ptktyt/obt
Vtcnyjcnb
Jgecrfkjcm xnj-nj cdtnjdj/
Fnvjcathj////

Ghjhtpsdfkcz kex
D Yjdjpfdtnyst ktnf///
B gjvfdfz rhjdfdsvb ukfdfvb
Nex,
Yfpfhtz
Ghjhtpsdfkfcm ckfdfvb
Cdtnf/

Gjckt Jy ghjcnth
Vthndt/obt, gjcbytkst jn verb
Herb
B dpjh —
D gecnst
Ndthlb///
Herb
Gjdbckb,
Rfr ;thlb,
D uecnst
Vhfrb///

Bpvextyyjt, gthtrhextyyjt
Ntkj
Dbctkj
,tp vsckb/
Rhjdfdbkbcm
Pyfrb,
Rfr rhfcyst hfys,
Yf bpjlhfyys[ kfljyz[
Gjkenhegf/

Ukfp jcntrktkj/ dgflbyj/
Ecnfdbkcz gecnj
B negj
D nevfys
B vhfrb,
Yfdbcibt uecnj/
F djbys d ,hjyz[,
Gj,ktcrbdfz iktvfvb,
Ghj[jlbkb gjl gthtrkflbyj//

Ujkjdf
Jrhjdfdktyyjuj,
Kj[vfnjuj
Hfp,jqybrf,
Hfcgznjuj —
— Rfr b Jy —
[j[jnjv
Yfcvtikbdj ghbdtncndjdfkf:

— «Ujcgjlb,
Ghbtvkb
Yjdjzdktyyjuj
Csyf Ndjtuj!»
B nz;tksv uhj[jnjv
Jndtncndjdfkb
Ptvkb/

D jghjrbyenjt vbhjdjt lyj,
Ult yt ,skj ybrfrjuj cjkywf, rjnjhjt
Yf Bjhlfyb
Cktntkj,
Ybphbyenjt
D 'nj ntkj
Gthcnyjt b ghtbcgjkytyyjt ,htvtyb —
Rfrjt-nj e;fcyjt Jyj,
C vjnf/obvbcz gthtgenfyysvb djkjcfvb,
Eufcfz
B ghjcnbhfz hdfyst
Bphfytyyst
Lkfyb, —
D ltdznsq xfc
[hbgkj rhbryekj bp ntvtyb
Yf yfc:
— «Bkb/// Cfaf[dfyb!»

Lthtdzyyjt ntkj
C ntvysvb gznyfvb dgflby
Ghjdfkbdib[cz cnhfyyj
Ukfp
Lthtdtyt/otuj Kbrf, —
Ghjdjkjrkb, —
Njxyj ;tkne/ gfkre,
Pf,bynjdfyye/
D itktcnzobt gtktys —
Ghjdjkjrkb
D tq eujnjdfyyst
Uke,bys/
,tp ckjd
B ,tp dths
D djcrhtctybt///

Ghjdjkjrkb
D gtoths —
D necrkjv jcdtotybb
Rhfcys[ afrtkjd/

Jn juhjvyjq crjh,b
Ujcgjlytq
Egflfkb elfhs
Bp ghtbcgjlytq —
D nz;tksq,
Cnfhsq
Ifh/
J,heibkbcm ceib
B ujhs,
Bpujh,bkbcm
,ehtq jpthf///
B bpujh,bkbcm ljks///
Hfpkfvsdfkbcm [jkvs///
F leib —
Leif pf leij/ —
Dfkbkbcm d uke[bt nmvs/

Ghjcnegfkb d nevfys
Ytzcyst
Gfcnb
Xeljdboyjq uke,bys///
J,yf;fkbcm
J,vfys
B e;fcyst
Cnhfcnb
Ds,t;fdituj yf ,tksq cdtn
Cfnfys/
D ptvktnhzctybz[ b gj;fhf[
Hfphsdfkbcm
Cnfhst ifhs
Gkfytn/

Gj juhjvyjq,
Gj ntvyjq
Dctktyyjq,
Ifnfzcm,

Nfcrfkcz vbh/
J,ktrfzcm,
Rfr d cfdfy nktyysq,
D hfpkfuf/obqcz 'abh/

,skj dblyj, rfr ldf dfvgbhf,
C uhbvfcj/ rhfcys[ ue,,
Djkjrkb gj ljhjufv vbhf
Pf,bynjdfyysq nheg/

Yfv ;tkntz,
D yfc ,tp vsckb
Gjlsvfzcm, rfr djghjc, —
'nb ghjnryenst ht,hf,
Gthtrhextyyst herb,
Ghtgjzcfyyst xhtckf —
D ltdznyflwfnjv cnjktnbb ghjdbckb:

— «Ujcgjlb,
B 'nj
,sk —
[hbcnjc?»
Yj 'nj —
Djcrhtckj///

Cyjdf nfv —
Nthyjdst
Dtyws,
Cyjdf yfv —
Ghjdbckb
Vthndtws
Gjl ldevz cnjk,fvb c gthtrkflbyj/,
[hbgksvb uke[bvb, ujkjcfvb,
Gthtgenfyysvb djkjcfvb,
Jcntrktkjq dgflbyj/
Ukfp —
Euhj;fz, vthndtyyst
Vsckb
Jcnhj, uhjpyj, vthndtyyj
Ghjhtpsdf/ncz d yfc/

Hfp,jqybrb
B yfcbkmybrb —
Vs/
Vs yfl ntkjv Gjrjqybrf
Gjcsgftv gtgkjv dkfcs
B gjufiftv
Cdtnbkmybrb/

D ght;ytq ,tplyt
,tpdthbz
Vs, —
Yt gjybvfz,
Xnj bvtyyj d 'nb lyb b xfcs —
Cjdthiftncz
Vbhjdfz
Vbcnthbz///

Vs pf,skb: —
Bp ntvys[
Hfcrjkjd
D gtothe, ult nheg kt;fk,
C hfcrfktyys[,
Juhjvys[
Ghtcnjkjd
Ghtbcgjlybq gkfvtym
,t;fk/

Jn,hjcbkj cnfhsq rfvtym;
Cjhdfys gtktys:
Ntkj,
Jn gjxds jnjhdfyyjt,
Cktntkj
Crdjpm ptvk/
D hfp]znst uke,bys/

Nheg bp dyt-dhtvtyb
Kfpehtq,
Ghjybpfyysq jn ntvtyb
Lj gzns
,ehtq
Djcnhe,ktyyjq
Dsnzyekcz jn ptvkb lj 'abhf///
B uhzyekj d e[j
Vbhf:
— «Csy,
Djpk/,ktyysq —
Ns!»

Ghtceotcndktyyst ,j;tcndtyyj
Gtktys,
Rfr gjhabhf,
Hfcibhtyyfz ,tp vths,
Ghjybpsdfkb vbhjdjt ghjcnhfycndj,
Dscnhebdfzcm bp ptvkb/
Ghtceotcndktgyjt ytdtotcndtyyj
Ntkj —
D ghjcnhfycndj
Hfpdtzkj fnvjcaths,
Rjnjhst cbz/ot ghjntrkb/

Bp gecnsyb
Dyt-dhtvtyb
Ghtbcgjkybkjcm cdtnfvb
Vbhjdjt lyj, —
Rfr jyj —
Ntkj
Cjkytxyjuj Xtkjdtrf,
Cbz/ott Yjdjpfdtnysvb ktnfvb
B cnfditt jnysyt
B lj dtrf —
Ntkjv ptvkb/

Dcgs[yekf Dctktyyjq
Ujkjdf,
B ytnktyyj
Ghjcnthnst lkfyb
Jn Pfgflf lj Djcnjrf, —
Rfr ldf
Rhskf/
Jhkf,
Cbz/obt bplfktrf/

Cnhfyf vjz
Tcnm
Vjubkf,
Ghjcnthifz
,ktlysq
Rhtcn, —
D cehjdst cdjls
Yt,f
B —
D ytbpdtcnyjcnb
Vtcn/

J,dbkb e,jubt
Vtcnyjcnb
,tlysq,
E,jubq Rhtcn —
D ce[bt,
Cnhjubt
Rjkjcmz [kt,f,
Dsnjhfxbdf/obt jrhtcn/
Cdznjt,
Gecnjt
Vtcnj, —
D cdznsyt
Ndjb csys!

Hjccbz,
Ns ysyt
Ytdtcnf///
Ghbtvkb
Dtcnm
Dtcys///
Ptvkb,
Ghjhltqnt
Wdtnfvb
B ghjptktytqnt
,thtpfvb:

Tcnm —
Djcrhtctybt///
C yfvb —
Cgfctybt///

Bc[jlbn juhjvysvb hjpfvb
Ghjhfcnf/obq Rhtcn!

;tktpyjljhj;yfz
Kbybz///
Rhfcyst, ptktyst, cbybt
Jujymrb
B dpktnf/obt
Cnhtkrb, —
Dct, dct, dct
Cekbn
Ytdjpvj;yjt///

Ndthlzn
Ujkjczobt
Dlfkb gfhjdbrb,
E,tuf/obt
Gj kbybb:
«Lf plhfdcndetn Nhtnbq
Bynthyfwbjyfk»/

Vtkrbq
Lj;lbxtr cnhtrjxtn
B ndthlbn:
«Nhtnbq
Bynthyfwbjyfk»/

Dsrblsdftn ntktuhfayfz ktynf:
«Bynthyfwbjyfk»///

;tktpyjljhj;yfz
Kbybz,
E,tuf/ofz d ctnb
Nevfyjd, —
Ujkjcbn cdbcnrfvb
hfcghjgfufylbhjdfyyjuj
Gfhjdbrf
Ghj ytdjpvj;yjt/

B hfcrblsdftn cdjb ,ktcrb —
Pf dtndzvb ptktyt/otuj njgjkz///
Hfplf/ncz ce[bt nhtcrb
Htdjkmdthys[ gthtkbdjd/

F bp geitxyjuj uekf
Cenekj
Ghjceyekfcm cgbyf
Jxrfcnjuj, hfcckf,ktyyjuj
byntkkbutynf/

Dblyf, —
Vj[yfnfz ujkjdf,
Ghjbpyjczofz
Ytujle/obt
Ckjdf

J pyfxtybb
Rjycnfynbyjgjkz
B ghjkbdjd, —
D le/obt
Ghjcnhfycndf
B d ce[bt nhtcrb
Htdjkmdthys[ dphsdjd///

Yf vuyjdtybt
Djldjhztncz cnhfyyfz
Nbibyf, —
D rjnjhe/ ghjbpyjczncz ckjdf
Hfcckf,ktyyjuj
Byntkkbutynf/

,hfeybyu
Rhfcysv [j[jnjv
Hfphsdftncz d djple[, —

Ntkj jrhjdfdktyyjuj
;tktpyjljhj;ybrf
Gflftn gjl uhj[jnjv/

Gjlsvf/n tuj
Ldf ,tp,j;ybrf
Gjl pf,jhjv///
Yf rjuj-nj yfgfkb///

Yf rhbr b yf cktps —
Jndtncnde/n gfhjdjps,
Lf [jhjv
Gj/n j ,hfncndt yfhjljd///

Pyfvtyf jndtncnde/n
Ktgtnjv/

B djhj,mb c ghbujhjlys[ jujhjljd
Ghbdtncnde/n
Ot,tnjv —
Gflf/ob[ gjrjqybrjd/

J,jhjyzzcm jn rjuj-nj,
Pfdfkbdftn lhjdfvb djhjnf
Dtcm ljvjdjq rjvbntn/

Gjl ;tktpysvb djhjnfvb —
Rnj-nj///

Pkfz, kf/ofz nmvf
Ghbktukf —
Yfgflftn

Gektvtnfvb
Yf ljvf, —
B yf xktyjd ljvjdjuj rjvbntnf/

J,ybvftn
Cnhfyysvb nevfyfvb
Ntkf, —

Pkfz, kf/ofz nmvf
Yfgflftn
Bp dyt-dhtvtyb —
Gektvtnfvb///

Bp hfplhj,ktyyjuj
Ntvtyb,
C gthtkjvktyyjq
Herb —
[ktoen rhfcysvb
Ajynfyfvb
Hexmb///

B rfrjt-nj e;fcyjt Jyj
C vjnf/obvbcz gthtrhextyysvb
Herfvb
B ytzcysvb
Gznyfvb dgflby
Ukfp —

Cnhtvbntkmyj
Ghjdjkjrkb —
Njxyj ;tkne/ pf,bynjdfyye/
Gfkre, —

Gjl jcktgbntkmysq
Fkvfp
Cnjzotuj dlfkb
Fdnjvj,bkz/

'nj ;fkrjt, ;tknjt ntkj
Gznyfvb dgflby
Ukfp, —
Ghjdbcfz vt;le lde[ gthtrkflby,
Bp nmvs
Dgthztncz
D yfc/

'nj ;fkrjt, ;tknjt ntkj
Ghjdjkfrbdftv:
Vs —
— D ct,z: —
Dj nmvs
B d gtoths
,tpdthbz, —
Yt gjybvfz,
Xnj 'nf vbcnthbz
Cjdthiftncz dfvb —
— d yfc/

Yfit ;fkrjt, ;tknjt ntkj
Gznyfvb dgflby
Ukfp, —
Ghjdbcfz vt; lde[ gthtrkflby,
Bp nmvs
Dgthztncz
D yfc/

F dtcnm
Ghjuhtvtkf Jcfyyjq/

Tcnm
Cnhfyysq
Gkfvtym
D gtotht ,tpdthbz, —
Rjulf jpfhztncz
Vukf
B jn yfc
Jndfkbdf/ncz
Ntkf, —
Rfr gflf/obq rfvtym/

Hjccbz,
Cnhfyf vjz —
Ns — nf cfvfz,
J,ktxtyyfz cjkywtv ;tyf,
R rjnjhjq
Djpyjczncz
Dpjhs///

Db;e zdcndtyyj z:
Hjccbz,
Vjz, —
,jujyjcbwf,
Gj,t;lf/ofz Pvbz///

Yfhjls,
Yfctkz/obt Nt,z,
Bp lsvf
Ghjcnthkb
Lkfyb

D Ndjb ghjcnhfycndf, —
Ghtbcgjkytyyst gtybz
B juyz
Cktnf/otuj Cthfabvf/

B xnj-nj d ujhkt
E vtyz
C;bvftncz jn evbktybz/

Z pyf/: juhjvyfz fnvjcathf
Cbzybtv
Jgecrftncz
Yf rf;ljuj bp yfc, —
Gthtujhf/obv cnhflfybtv
Dtrf
Jvjkybncz
Ujkjdf
Rf;ljuj xtkjdtrf/

B Ckjdj,
Cnjzott ysyt
Gj cthtlbyt
Cthlwf,
,ehzvb djcnhe,ktbyjq
Dtcys,
Ghjcnthkj
Ukfczobt uke,bys
Bp juytyyjuj ujhkf:

— «Csys
Djpk/,ktyyst, —
[hbcnjc Djcrhtc!»