Евгений БаратынскийВек шествует путем своим железным (Последний поэт)

Евгений Баратынский [baratynsky]

Век шествует путем своим железным;
В сердцах корысть, и общая мечта
Час от часу насущным и полезным
4 Отчетливей, бесстыдней занята.
Исчезнули при свете просвещенья
Поэзии ребяческие сны,
И не о ней хлопочут поколенья,
8 Промышленным заботам преданы.

Для ликующей свободы
Вновь Эллада ожила,
Собрала свои народы
12 И столицы подняла;
В ней опять цветут науки,
Носит понт торговли груз
И не слышны лиры звуки
16 В первобытном рае муз!

Блестит зима дряхлеющего мира,
Блестит! Суров и бледен человек;
Но зелены в отечестве Омира
20 Холмы, леса, брега лазурных рек.
Цветет Парнас! Пред ним, как в оны годы,
Кастальский ключ живой струею бьет;
Нежданный сын последних сил природы,
24 Возник поэт: идет он и поет.

Воспевает, простодушный,
Он любовь и красоту,
И науки, им ослушной,
28 Пустоту и суету:
Мимолетные страданья
Легкомыслием целя,
Лучше, смертный, в дни незнанья
32 Радость чувствует земля.

Поклонникам Урании холодной
Поет, увы! он благодать страстей;
Как пажити Эол бурнопогодный,
36 Плодотворят они сердца людей;
Живительным дыханием развита,
Фантазия подъемлется от них,
Как некогда возникла Афродита
40 Из пенистой пучины вод морских.

И зачем не предадимся
Снам улыбчивым своим?
Бодрым сердцем покоримся
44 Думам робким, а не им!
Верьте сладким убежденьям
Вас ласкающих очес
И отрадным откровеньям
48 Сострадательных небес!

Суровый смех ему ответом; персты
Он на струнах своих остановил,
Сомкнул уста вещать полуотверсты,
52 Но гордыя главы не преклонил:
Стопы свои он в мыслях направляет
В немую глушь, в безлюдный край, но свет
Уж праздного вертепа не являет,
56 И на земле уединенья нет!

Человеку непокорно
Море синее одно:
И свободно, и просторно,
60 И приветливо оно;
И лица не изменило
С дня, в который Аполлон
Поднял вечное светило
64 В первый раз на небосклон.

Оно шумит перед скалой Левкада.
На ней певец, мятежной думы полн,
Стоит... в очах блеснула вдруг отрада:
68 Сия скала... тень Сафо!.. песни волн...
Где погребла любовница Фаона
Отверженной любви несчастный жар,
Там погребет питомец Аполлона
72 Свои мечты, свой бесполезный дар!

И по-прежнему блистает
Хладной роскошию свет:
Серебрит и позлащает
76 Свой безжизненный скелет;
Но в смущение приводит
Человека вал морской,
И от шумных вод отходит
80 Он с тоскующей душой!

Другие анализы стихотворений Евгения Баратынского

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

имя оно сердце любовь земля вода дума блестеть аполлон возникнуть

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Количество символов

2 198

Количество символов без пробелов

1 857

Количество слов

332

Количество уникальных слов

240

Количество значимых слов

130

Количество стоп-слов

97

Количество строк

80

Количество строф

10

Водность

60,8 %

Классическая тошнота

1,73

Академическая тошнота

4,2 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

оно

3

0,90 %

сердце

3

0,90 %

аполлон

2

0,60 %

блестеть

2

0,60 %

вода

2

0,60 %

возникнуть

2

0,60 %

дума

2

0,60 %

земля

2

0,60 %

имя

2

0,60 %

любовь

2

0,60 %

мечта

2

0,60 %

морской

2

0,60 %

наука

2

0,60 %

петь

2

0,60 %

погрести

2

0,60 %

поднять

2

0,60 %

света

2

0,60 %

скала

2

0,60 %

сон

2

0,60 %

суровый

2

0,60 %

цвести

2

0,60 %

час

2

0,60 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Комментарии

Vek shestvuyet putem svoim zheleznym

Yevgeny Baratynsky

Posledny poet

Vek shestvuyet putem svoim zheleznym;
V serdtsakh koryst, i obshchaya mechta
Chas ot chasu nasushchnym i poleznym
Otchetlivey, besstydney zanyata.
Ischeznuli pri svete prosveshchenya
Poezii rebyacheskiye sny,
I ne o ney khlopochut pokolenya,
Promyshlennym zabotam predany.

Dlya likuyushchey svobody
Vnov Ellada ozhila,
Sobrala svoi narody
I stolitsy podnyala;
V ney opyat tsvetut nauki,
Nosit pont torgovli gruz
I ne slyshny liry zvuki
V pervobytnom raye muz!

Blestit zima dryakhleyushchego mira,
Blestit! Surov i bleden chelovek;
No zeleny v otechestve Omira
Kholmy, lesa, brega lazurnykh rek.
Tsvetet Parnas! Pred nim, kak v ony gody,
Kastalsky klyuch zhivoy struyeyu byet;
Nezhdanny syn poslednikh sil prirody,
Voznik poet: idet on i poyet.

Vospevayet, prostodushny,
On lyubov i krasotu,
I nauki, im oslushnoy,
Pustotu i suyetu:
Mimoletnye stradanya
Legkomysliyem tselya,
Luchshe, smertny, v dni neznanya
Radost chuvstvuyet zemlya.

Poklonnikam Uranii kholodnoy
Poyet, uvy! on blagodat strastey;
Kak pazhiti Eol burnopogodny,
Plodotvoryat oni serdtsa lyudey;
Zhivitelnym dykhaniyem razvita,
Fantazia podyemletsya ot nikh,
Kak nekogda voznikla Afrodita
Iz penistoy puchiny vod morskikh.

I zachem ne predadimsya
Snam ulybchivym svoim?
Bodrym serdtsem pokorimsya
Dumam robkim, a ne im!
Verte sladkim ubezhdenyam
Vas laskayushchikh oches
I otradnym otkrovenyam
Sostradatelnykh nebes!

Surovy smekh yemu otvetom; persty
On na strunakh svoikh ostanovil,
Somknul usta veshchat poluotversty,
No gordyya glavy ne preklonil:
Stopy svoi on v myslyakh napravlyayet
V nemuyu glush, v bezlyudny kray, no svet
Uzh prazdnogo vertepa ne yavlyayet,
I na zemle uyedinenya net!

Cheloveku nepokorno
More sineye odno:
I svobodno, i prostorno,
I privetlivo ono;
I litsa ne izmenilo
S dnya, v kotory Apollon
Podnyal vechnoye svetilo
V pervy raz na nebosklon.

Ono shumit pered skaloy Levkada.
Na ney pevets, myatezhnoy dumy poln,
Stoit... v ochakh blesnula vdrug otrada:
Sia skala... ten Safo!.. pesni voln...
Gde pogrebla lyubovnitsa Faona
Otverzhennoy lyubvi neschastny zhar,
Tam pogrebet pitomets Apollona
Svoi mechty, svoy bespolezny dar!

I po-prezhnemu blistayet
Khladnoy roskoshiyu svet:
Serebrit i pozlashchayet
Svoy bezzhiznenny skelet;
No v smushcheniye privodit
Cheloveka val morskoy,
I ot shumnykh vod otkhodit
On s toskuyushchey dushoy!

Dtr itcndetn gentv cdjbv ;tktpysv

Tdutybq ,fhfnsycrbq

Gjcktlybq gj'n

Dtr itcndetn gentv cdjbv ;tktpysv;
D cthlwf[ rjhscnm, b j,ofz vtxnf
Xfc jn xfce yfceoysv b gjktpysv
Jnxtnkbdtq, ,tccnslytq pfyznf/
Bcxtpyekb ghb cdtnt ghjcdtotymz
Gj'pbb ht,zxtcrbt cys,
B yt j ytq [kjgjxen gjrjktymz,
Ghjvsiktyysv pf,jnfv ghtlfys/

Lkz kbre/otq cdj,jls
Dyjdm 'kkflf j;bkf,
Cj,hfkf cdjb yfhjls
B cnjkbws gjlyzkf;
D ytq jgznm wdtnen yferb,
Yjcbn gjyn njhujdkb uhep
B yt cksiys kbhs pderb
D gthdj,snyjv hft vep!

,ktcnbn pbvf lhz[kt/otuj vbhf,
,ktcnbn! Cehjd b ,ktlty xtkjdtr;
Yj ptktys d jntxtcndt Jvbhf
[jkvs, ktcf, ,htuf kfpehys[ htr/
Wdtntn Gfhyfc! Ghtl ybv, rfr d jys ujls,
Rfcnfkmcrbq rk/x ;bdjq cnhet/ ,mtn;
Yt;lfyysq csy gjcktlyb[ cbk ghbhjls,
Djpybr gj'n: bltn jy b gjtn/

Djcgtdftn, ghjcnjleiysq,
Jy k/,jdm b rhfcjne,
B yferb, bv jckeiyjq,
Gecnjne b cetne:
Vbvjktnyst cnhflfymz
Kturjvsckbtv wtkz,
Kexit, cvthnysq, d lyb ytpyfymz
Hfljcnm xedcndetn ptvkz/

Gjrkjyybrfv Ehfybb [jkjlyjq
Gjtn, eds! jy ,kfujlfnm cnhfcntq;
Rfr gf;bnb 'jk ,ehyjgjujlysq,
Gkjljndjhzn jyb cthlwf k/ltq;
;bdbntkmysv ls[fybtv hfpdbnf,
Afynfpbz gjl]tvktncz jn yb[,
Rfr ytrjulf djpybrkf Fahjlbnf
Bp gtybcnjq gexbys djl vjhcrb[/

B pfxtv yt ghtlflbvcz
Cyfv eks,xbdsv cdjbv?
,jlhsv cthlwtv gjrjhbvcz
Levfv hj,rbv, f yt bv!
Dthmnt ckflrbv e,t;ltymzv
Dfc kfcrf/ob[ jxtc
B jnhflysv jnrhjdtymzv
Cjcnhflfntkmys[ yt,tc!

Cehjdsq cvt[ tve jndtnjv; gthcns
Jy yf cnheyf[ cdjb[ jcnfyjdbk,
Cjvryek ecnf dtofnm gjkejndthcns,
Yj ujhlsz ukfds yt ghtrkjybk:
Cnjgs cdjb jy d vsckz[ yfghfdkztn
D ytve/ ukeim, d ,tpk/lysq rhfq, yj cdtn
E; ghfplyjuj dthntgf yt zdkztn,
B yf ptvkt etlbytymz ytn!

Xtkjdtre ytgjrjhyj
Vjht cbytt jlyj:
B cdj,jlyj, b ghjcnjhyj,
B ghbdtnkbdj jyj;
B kbwf yt bpvtybkj
C lyz, d rjnjhsq Fgjkkjy
Gjlyzk dtxyjt cdtnbkj
D gthdsq hfp yf yt,jcrkjy/

Jyj ievbn gthtl crfkjq Ktdrflf/
Yf ytq gtdtw, vznt;yjq levs gjky,
Cnjbn/// d jxf[ ,ktcyekf dlheu jnhflf:
Cbz crfkf/// ntym Cfaj!// gtcyb djky///
Ult gjuht,kf k/,jdybwf Afjyf
Jndth;tyyjq k/,db ytcxfcnysq ;fh,
Nfv gjuht,tn gbnjvtw Fgjkkjyf
Cdjb vtxns, cdjq ,tcgjktpysq lfh!

B gj-ght;ytve ,kbcnftn
[kflyjq hjcrjib/ cdtn:
Ctht,hbn b gjpkfoftn
Cdjq ,tp;bpytyysq crtktn;
Yj d cveotybt ghbdjlbn
Xtkjdtrf dfk vjhcrjq,
B jn ievys[ djl jn[jlbn
Jy c njcre/otq leijq!