Владимир МаяковскийУлица провалилась, как нос сифилитика (А все-таки)

Владимир Маяковский [mayakovsky]

Улица провалилась, как нос сифилитика.
Река — сладострастье, растекшееся в слюни.
Отбросив белье до последнего листика,
4 сады похабно развалились в июне.

Я вышел на площадь,
выжженный квартал
надел на голову, как рыжий парик.
8 Людям страшно — у меня изо рта
шевелит ногами непрожеванный крик.

Но меня не осудят, но меня не облают,
как пророку, цветами устелят мне след.
12 Все эти, провалившиеся носами, знают:
я — ваш поэт.

Как трактир, мне страшен ваш страшный суд!
Меня одного сквозь горящие здания
16 проститутки, как святыню, на руках понесут
и покажут богу в свое оправдание.

И бог заплачет над моею книжкой!
Не слова — судороги, слипшиеся комом;
20 и побежит по небу с моими стихами подмышкой
и будет, задыхаясь, читать их своим знакомым.

Другие анализы стихотворений Владимира Маяковского

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

ваш бог нос провалиться

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Количество символов

739

Количество символов без пробелов

617

Количество слов

114

Количество уникальных слов

88

Количество значимых слов

37

Количество стоп-слов

43

Количество строк

21

Количество строф

5

Водность

67,5 %

Классическая тошнота

1,41

Академическая тошнота

5,6 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

бог

2

1,75 %

ваш

2

1,75 %

нос

2

1,75 %

провалиться

2

1,75 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Комментарии

Ulitsa provalilas, kak nos sifilitika

Vladimir Mayakovsky

A vse-taki

Ulitsa provalilas, kak nos sifilitika.
Reka — sladostrastye, rasteksheyesya v slyuni.
Otbrosiv belye do poslednego listika,
sady pokhabno razvalilis v iyune.

Ya vyshel na ploshchad,
vyzhzhenny kvartal
nadel na golovu, kak ryzhy parik.
Lyudyam strashno — u menya izo rta
shevelit nogami neprozhevanny krik.

No menya ne osudyat, no menya ne oblayut,
kak proroku, tsvetami ustelyat mne sled.
Vse eti, provalivshiyesya nosami, znayut:
ya — vash poet.

Kak traktir, mne strashen vash strashny sud!
Menya odnogo skvoz goryashchiye zdania
prostitutki, kak svyatynyu, na rukakh ponesut
i pokazhut bogu v svoye opravdaniye.

I bog zaplachet nad moyeyu knizhkoy!
Ne slova — sudorogi, slipshiyesya komom;
i pobezhit po nebu s moimi stikhami podmyshkoy
i budet, zadykhayas, chitat ikh svoim znakomym.

Ekbwf ghjdfkbkfcm, rfr yjc cbabkbnbrf

Dkflbvbh Vfzrjdcrbq

F dct-nfrb

Ekbwf ghjdfkbkfcm, rfr yjc cbabkbnbrf/
Htrf — ckfljcnhfcnmt, hfcntrittcz d ck/yb/
Jn,hjcbd ,tkmt lj gjcktlytuj kbcnbrf,
cfls gj[f,yj hfpdfkbkbcm d b/yt/

Z dsitk yf gkjoflm,
ds;;tyysq rdfhnfk
yfltk yf ujkjde, rfr hs;bq gfhbr/
K/lzv cnhfiyj — e vtyz bpj hnf
itdtkbn yjufvb ytghj;tdfyysq rhbr/

Yj vtyz yt jcelzn, yj vtyz yt j,kf/n,
rfr ghjhjre, wdtnfvb ecntkzn vyt cktl/
Dct 'nb, ghjdfkbdibtcz yjcfvb, pyf/n:
z — dfi gj'n/

Rfr nhfrnbh, vyt cnhfity dfi cnhfiysq cel!
Vtyz jlyjuj crdjpm ujhzobt plfybz
ghjcnbnenrb, rfr cdznsy/, yf herf[ gjytcen
b gjrf;en ,jue d cdjt jghfdlfybt/

B ,ju pfgkfxtn yfl vjt/ ryb;rjq!
Yt ckjdf — celjhjub, ckbgibtcz rjvjv;
b gj,t;bn gj yt,e c vjbvb cnb[fvb gjlvsirjq
b ,eltn, pfls[fzcm, xbnfnm b[ cdjbv pyfrjvsv/