Сергей ЕсенинТоварищи, сегодня в горе я (Русь бесприютная)

Сергей Есенин [yesenin]

Товарищи, сегодня в горе я,
Проснулась боль
В угасшем скандалисте!
4 Мне вспомнилась
Печальная история —
История об Оливере Твисте.

Мы все по-разному
8 Судьбой своей оплаканы.
Кто крепость знал,
Кому Сибирь знакома.
Знать, потому теперь
12 Попы и дьяконы
О здравье молятся
Всех членов Совнаркома.

И потому крестьянин
16 С водки штофа,
Рассказывая сродникам своим,
Глядит на Маркса,
Как на Саваофа,
20 Пуская Ленину
В глаза табачный дым.

Ирония судьбы!
Мы все отропщены.
24 Над старым твердо
Вставлен крепкий кол.
Но все ж у нас
Монашеские общины
28 С «аминем» ставят
Каждый протокол.

И говорят,
Забыв о днях опасных:
32 «Уж как мы их...
Не в пух, а прямо в прах...
Пятнадцать штук я сам
Зарезал красных,
36 Да столько ж каждый,
Всякий наш монах».

Россия-мать!
Прости меня,
40 Прости!
Но эту дикость, подлую и злую,
Я на своем недлительном пути
Не приголублю
44 И не поцелую.

У них жилища есть,
У них есть хлеб,
Они с молитвами
48 И благостны и сыты.
Но есть на этой
Горестной земле,
Что всеми добрыми
52 И злыми позабыты.

Мальчишки лет семи-восьми
Снуют средь штатов без призора,
Бестелыми корявыми костьми
56 Они нам знак
Тяжелого укора.

Товарищи, сегодня в горе я,
Проснулась боль в угасшем скандалисте.
60 Мне вспомнилась
Печальная история —
История об Оливере Твисте.

Я тоже рос,
64 Несчастный и худой,
Средь жидких,
Тягостных рассветов.
Но если б встали все
68 Мальчишки чередой,
То были б тысячи
Прекраснейших поэтов.

В них Пушкин,
72 Лермонтов,
Кольцов,
И наш Некрасов в них,
В них я.
76 Не потому ль моею грустью
Веет стих,
Глядя на их
Невымытые хари.

80 Я знаю будущее.
Это их...
Их календарь...
И вся земная слава.
84 Не потому ль
Мой горький буйный стих
Для всех других —
Как смертная отрава.

88 Я только им пою,
Ночующим в котлах,
Пою для них,
Кто спит порой в сортире.
92 О, пусть они
Хотя б прочтут в стихах,
Что есть за них
Обиженные в мире.

Другие анализы стихотворений Сергея Есенина

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

все знать стих гор злой боль мальчишка история вспомниться оливер

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Заказать анализ за 100 рублей

Количество символов

1 802

Количество символов без пробелов

1 488

Количество слов

299

Количество уникальных слов

183

Количество значимых слов

101

Количество стоп-слов

133

Количество строк

95

Количество строф

13

Водность

66,2 %

Классическая тошнота

2,00

Академическая тошнота

6,5 %

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

все

4

1,34 %

история

4

1,34 %

знать

3

1,00 %

стих

3

1,00 %

боль

2

0,67 %

вспомниться

2

0,67 %

гор

2

0,67 %

злой

2

0,67 %

мальчишка

2

0,67 %

оливер

2

0,67 %

печальный

2

0,67 %

поить

2

0,67 %

проснуться

2

0,67 %

простить

2

0,67 %

сегодня

2

0,67 %

скандалист

2

0,67 %

средь

2

0,67 %

судьба

2

0,67 %

твист

2

0,67 %

товарищ

2

0,67 %

угаснуть

2

0,67 %

Заказать анализ за 100 рублей

Комментарии

Tovarishchi, segodnya v gore ya

Sergey Yesenin

Rus bespriyutnaya

Tovarishchi, segodnya v gore ya,
Prosnulas bol
V ugasshem skandaliste!
Mne vspomnilas
Pechalnaya istoria —
Istoria ob Olivere Tviste.

My vse po-raznomu
Sudboy svoyey oplakany.
Kto krepost znal,
Komu Sibir znakoma.
Znat, potomu teper
Popy i dyakony
O zdravye molyatsya
Vsekh chlenov Sovnarkoma.

I potomu krestyanin
S vodki shtofa,
Rasskazyvaya srodnikam svoim,
Glyadit na Marksa,
Kak na Savaofa,
Puskaya Leninu
V glaza tabachny dym.

Ironia sudby!
My vse otropshcheny.
Nad starym tverdo
Vstavlen krepky kol.
No vse zh u nas
Monasheskiye obshchiny
S «aminem» stavyat
Kazhdy protokol.

I govoryat,
Zabyv o dnyakh opasnykh:
«Uzh kak my ikh...
Ne v pukh, a pryamo v prakh...
Pyatnadtsat shtuk ya sam
Zarezal krasnykh,
Da stolko zh kazhdy,
Vsyaky nash monakh».

Rossia-mat!
Prosti menya,
Prosti!
No etu dikost, podluyu i zluyu,
Ya na svoyem nedlitelnom puti
Ne prigolublyu
I ne potseluyu.

U nikh zhilishcha yest,
U nikh yest khleb,
Oni s molitvami
I blagostny i syty.
No yest na etoy
Gorestnoy zemle,
Chto vsemi dobrymi
I zlymi pozabyty.

Malchishki let semi-vosmi
Snuyut sred shtatov bez prizora,
Bestelymi koryavymi kostmi
Oni nam znak
Tyazhelogo ukora.

Tovarishchi, segodnya v gore ya,
Prosnulas bol v ugasshem skandaliste.
Mne vspomnilas
Pechalnaya istoria —
Istoria ob Olivere Tviste.

Ya tozhe ros,
Neschastny i khudoy,
Sred zhidkikh,
Tyagostnykh rassvetov.
No yesli b vstali vse
Malchishki cheredoy,
To byli b tysyachi
Prekrasneyshikh poetov.

V nikh Pushkin,
Lermontov,
Koltsov,
I nash Nekrasov v nikh,
V nikh ya.
Ne potomu l moyeyu grustyu
Veyet stikh,
Glyadya na ikh
Nevymytye khari.

Ya znayu budushcheye.
Eto ikh...
Ikh kalendar...
I vsya zemnaya slava.
Ne potomu l
Moy gorky buyny stikh
Dlya vsekh drugikh —
Kak smertnaya otrava.

Ya tolko im poyu,
Nochuyushchim v kotlakh,
Poyu dlya nikh,
Kto spit poroy v sortire.
O, pust oni
Khotya b prochtut v stikhakh,
Chto yest za nikh
Obizhennye v mire.

Njdfhbob, ctujlyz d ujht z

Cthutq Tctyby

Hecm ,tcghb/nyfz

Njdfhbob, ctujlyz d ujht z,
Ghjcyekfcm ,jkm
D eufcitv crfylfkbcnt!
Vyt dcgjvybkfcm
Gtxfkmyfz bcnjhbz —
Bcnjhbz j, Jkbdtht Ndbcnt/

Vs dct gj-hfpyjve
Celm,jq cdjtq jgkfrfys/
Rnj rhtgjcnm pyfk,
Rjve Cb,bhm pyfrjvf/
Pyfnm, gjnjve ntgthm
Gjgs b lmzrjys
J plhfdmt vjkzncz
Dct[ xktyjd Cjdyfhrjvf/

B gjnjve rhtcnmzyby
C djlrb injaf,
Hfccrfpsdfz chjlybrfv cdjbv,
Ukzlbn yf Vfhrcf,
Rfr yf Cfdfjaf,
Gecrfz Ktybye
D ukfpf nf,fxysq lsv/

Bhjybz celm,s!
Vs dct jnhjgotys/
Yfl cnfhsv ndthlj
Dcnfdkty rhtgrbq rjk/
Yj dct ; e yfc
Vjyfitcrbt j,obys
C «fvbytv» cnfdzn
Rf;lsq ghjnjrjk/

B ujdjhzn,
Pf,sd j lyz[ jgfcys[:
«E; rfr vs b[///
Yt d ge[, f ghzvj d ghf[///
Gznyflwfnm iner z cfv
Pfhtpfk rhfcys[,
Lf cnjkmrj ; rf;lsq,
Dczrbq yfi vjyf[»/

Hjccbz-vfnm!
Ghjcnb vtyz,
Ghjcnb!
Yj 'ne lbrjcnm, gjlke/ b pke/,
Z yf cdjtv ytlkbntkmyjv genb
Yt ghbujke,k/
B yt gjwtke//

E yb[ ;bkbof tcnm,
E yb[ tcnm [kt,,
Jyb c vjkbndfvb
B ,kfujcnys b csns/
Yj tcnm yf 'njq
Ujhtcnyjq ptvkt,
Xnj dctvb lj,hsvb
B pksvb gjpf,sns/

Vfkmxbirb ktn ctvb-djcmvb
Cye/n chtlm infnjd ,tp ghbpjhf,
,tcntksvb rjhzdsvb rjcnmvb
Jyb yfv pyfr
Nz;tkjuj erjhf/

Njdfhbob, ctujlyz d ujht z,
Ghjcyekfcm ,jkm d eufcitv crfylfkbcnt/
Vyt dcgjvybkfcm
Gtxfkmyfz bcnjhbz —
Bcnjhbz j, Jkbdtht Ndbcnt/

Z nj;t hjc,
Ytcxfcnysq b [eljq,
Chtlm ;blrb[,
Nzujcnys[ hfccdtnjd/
Yj tckb , dcnfkb dct
Vfkmxbirb xthtljq,
Nj ,skb , nsczxb
Ghtrhfcytqib[ gj'njd/

D yb[ Geirby,
Kthvjynjd,
Rjkmwjd,
B yfi Ytrhfcjd d yb[,
D yb[ z/
Yt gjnjve km vjt/ uhecnm/
Dttn cnb[,
Ukzlz yf b[
Ytdsvsnst [fhb/

Z pyf/ ,eleott/
'nj b[///
B[ rfktylfhm///
B dcz ptvyfz ckfdf/
Yt gjnjve km
Vjq ujhmrbq ,eqysq cnb[
Lkz dct[ lheub[ —
Rfr cvthnyfz jnhfdf/

Z njkmrj bv gj/,
Yjxe/obv d rjnkf[,
Gj/ lkz yb[,
Rnj cgbn gjhjq d cjhnbht/
J, gecnm jyb
[jnz , ghjxnen d cnb[f[,
Xnj tcnm pf yb[
J,b;tyyst d vbht/