Гавриил ДержавинШекснинска стерлядь золотая (Приглашение к обеду)

Гавриил Державин [derzhavin]

Шекснинска стерлядь золотая,
Каймак и борщ уже стоят;
В крафинах вина, пунш, блистая
4 То льдом, то искрами, манят;
С курильниц благовоньи льются,
Плоды среди корзин смеются,
Не смеют слуги и дохнуть,
8 Тебя стола вкруг ожидая;
Хозяйка статная, младая
Готова руку протянуть.
Приди, мой благодетель давный,
12 Творец чрез двадцать лет добра!
Приди — и дом, хоть не нарядный,
Без резьбы, злата и сребра,
Мой посети; его богатство —
16 Приятный только вкус, опрятство
И твердый мой. нельстивый нрав;
Приди от дел попрохладиться,
Поесть, попить, повеселиться,
20 Без вредных здравию приправ.
Не чин, не случай и не знатность
На русский мой простой обед
Я звал, одну благоприятность:
24 А тот, кто делает мне вред,
Пирушки: сея не будет зритель.
Ты, ангел stow, благотворитель!
Приди — и насладися благ;
28 А вражий дух да отжеяется,
Моих порогов не касается
Ничей недоброхотнмм шаг!
Друзьям моим ж посвящаю,
32 Друзьям и красоте тай день;
Достоинствам ж цеву зваю
И знаю то, что век наш тень;
Что лишь младенчество проводим —
36 Уже ко старости приходим,
И смерть к нам смотрит чрез забор.
Увы! — то как не умудриться
Хоть- раз цветами не увжтьея
40 И не оставить мрачный взор?
Слыхал, слыхал я тайну эту.
Что иногда грустит и царь;,
Ни ночь, ни день покоя нету.
44 Хотя им. вся покойна тварь.
Хотя он громкой славой знатен,
Но, ax! — и трон всегда ль приятен
Тому, кто век свой в хлопотах?
48 Тут зрит обман, там зрит упадок:
Как бедный часовой тот жалок.
Который вечно на часах!
Мгвэек, доколь еще ненастье
52 Не помрачает красных дней,
И приголубливает счастье»
И гладит нас рукой своей;
Доколе не пришли морозы,
56 В саду благоухают розы,
Мы поспешим их обонять.
Так.? будем жизнью наслаждаться
И тем, чем можем, утешаться,
60 По платью ноги протягать.
А если, ты иль кто другие
Из взаиых милых мне гостей,
Чертоги предпочтя златые
64 И яствы сахарны аарей.
Ко мне не срядитесь откушать, —
Извольте таоя вы толк прослушать:
Блаженстве не в лучах парфир,
68 Не в вкусе яств, не в неге слуха,
Но в здравии и спокойстве духа, —
Умеренность есть лучший жир.

Другие анализы стихотворений Гавриила Державина

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

мыть деть прийти век приятный дух зреть вкус здравие слыхать

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Количество символов

2 005

Количество символов без пробелов

1 669

Количество слов

328

Количество уникальных слов

240

Количество значимых слов

122

Количество стоп-слов

128

Количество строк

70

Количество строф

1

Водность

62,8 %

Классическая тошнота

2,00

Академическая тошнота

4,2 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

мыть

4

1,22 %

прийти

4

1,22 %

век

2

0,61 %

вкус

2

0,61 %

деть

2

0,61 %

дух

2

0,61 %

здравие

2

0,61 %

зреть

2

0,61 %

приятный

2

0,61 %

слыхать

2

0,61 %

хоть

2

0,61 %

чрез

2

0,61 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Комментарии

Sheksninska sterlyad zolotaya

Gavriil Derzhavin

Priglasheniye k obedu

Sheksninska sterlyad zolotaya,
Kaymak i borshch uzhe stoyat;
V krafinakh vina, punsh, blistaya
To ldom, to iskrami, manyat;
S kurilnits blagovonyi lyutsya,
Plody sredi korzin smeyutsya,
Ne smeyut slugi i dokhnut,
Tebya stola vkrug ozhidaya;
Khozyayka statnaya, mladaya
Gotova ruku protyanut.
Pridi, moy blagodetel davny,
Tvorets chrez dvadtsat let dobra!
Pridi — i dom, khot ne naryadny,
Bez rezby, zlata i srebra,
Moy poseti; yego bogatstvo —
Priatny tolko vkus, opryatstvo
I tverdy moy. nelstivy nrav;
Pridi ot del poprokhladitsya,
Poyest, popit, poveselitsya,
Bez vrednykh zdraviyu priprav.
Ne chin, ne sluchay i ne znatnost
Na russky moy prostoy obed
Ya zval, odnu blagopriatnost:
A tot, kto delayet mne vred,
Pirushki: seya ne budet zritel.
Ty, angel stow, blagotvoritel!
Pridi — i nasladisya blag;
A vrazhy dukh da otzheyayetsya,
Moikh porogov ne kasayetsya
Nichey nedobrokhotnmm shag!
Druzyam moim zh posvyashchayu,
Druzyam i krasote tay den;
Dostoinstvam zh tsevu zvayu
I znayu to, chto vek nash ten;
Chto lish mladenchestvo provodim —
Uzhe ko starosti prikhodim,
I smert k nam smotrit chrez zabor.
Uvy! — to kak ne umudritsya
Khot- raz tsvetami ne uvzhtyeya
I ne ostavit mrachny vzor?
Slykhal, slykhal ya taynu etu.
Chto inogda grustit i tsar;,
Ni noch, ni den pokoya netu.
Khotya im. vsya pokoyna tvar.
Khotya on gromkoy slavoy znaten,
No, ax! — i tron vsegda l priaten
Tomu, kto vek svoy v khlopotakh?
Tut zrit obman, tam zrit upadok:
Kak bedny chasovoy tot zhalok.
Kotory vechno na chasakh!
Mgveyek, dokol yeshche nenastye
Ne pomrachayet krasnykh dney,
I prigolublivayet schastye»
I gladit nas rukoy svoyey;
Dokole ne prishli morozy,
V sadu blagoukhayut rozy,
My pospeshim ikh obonyat.
Tak.? budem zhiznyu naslazhdatsya
I tem, chem mozhem, uteshatsya,
Po platyu nogi protyagat.
A yesli, ty il kto drugiye
Iz vzaiykh milykh mne gostey,
Chertogi predpochtya zlatye
I yastvy sakharny aarey.
Ko mne ne sryadites otkushat, —
Izvolte taoya vy tolk proslushat:
Blazhenstve ne v luchakh parfir,
Ne v vkuse yastv, ne v nege slukha,
No v zdravii i spokoystve dukha, —
Umerennost yest luchshy zhir.

Itrcybycrf cnthkzlm pjkjnfz

Ufdhbbk Lth;fdby

Ghbukfitybt r j,tle

Itrcybycrf cnthkzlm pjkjnfz,
Rfqvfr b ,jho e;t cnjzn;
D rhfabyf[ dbyf, geyi, ,kbcnfz
Nj kmljv, nj bcrhfvb, vfyzn;
C rehbkmybw ,kfujdjymb km/ncz,
Gkjls chtlb rjhpby cvt/ncz,
Yt cvt/n ckeub b lj[yenm,
Nt,z cnjkf drheu j;blfz;
[jpzqrf cnfnyfz, vkflfz
Ujnjdf here ghjnzyenm/
Ghblb, vjq ,kfujltntkm lfdysq,
Ndjhtw xhtp ldflwfnm ktn lj,hf!
Ghblb — b ljv, [jnm yt yfhzlysq,
,tp htpm,s, pkfnf b cht,hf,
Vjq gjctnb; tuj ,jufncndj —
Ghbznysq njkmrj drec, jghzncndj
B ndthlsq vjq/ ytkmcnbdsq yhfd;
Ghblb jn ltk gjghj[kflbnmcz,
Gjtcnm, gjgbnm, gjdtctkbnmcz,
,tp dhtlys[ plhfdb/ ghbghfd/
Yt xby, yt ckexfq b yt pyfnyjcnm
Yf heccrbq vjq ghjcnjq j,tl
Z pdfk, jlye ,kfujghbznyjcnm:
F njn, rnj ltkftn vyt dhtl,
Gbheirb: ctz yt ,eltn phbntkm/
Ns, fyutk stow, ,kfujndjhbntkm!
Ghblb — b yfckflbcz ,kfu;
F dhf;bq le[ lf jn;tztncz,
Vjb[ gjhjujd yt rfcftncz
Ybxtq ytlj,hj[jnyvv ifu!
Lhepmzv vjbv ; gjcdzof/,
Lhepmzv b rhfcjnt nfq ltym;
Ljcnjbycndfv ; wtde pdf/
B pyf/ nj, xnj dtr yfi ntym;
Xnj kbim vkfltyxtcndj ghjdjlbv —
E;t rj cnfhjcnb ghb[jlbv,
B cvthnm r yfv cvjnhbn xhtp pf,jh/
Eds! — nj rfr yt evelhbnmcz
[jnm- hfp wdtnfvb yt ed;nmtz
B yt jcnfdbnm vhfxysq dpjh?
Cks[fk, cks[fk z nfqye 'ne/
Xnj byjulf uhecnbn b wfhm;,
Yb yjxm, yb ltym gjrjz ytne/
[jnz bv/ dcz gjrjqyf ndfhm/
[jnz jy uhjvrjq ckfdjq pyfnty,
Yj, ax! — b nhjy dctulf km ghbznty
Njve, rnj dtr cdjq d [kjgjnf[?
Nen phbn j,vfy, nfv phbn egfljr:
Rfr ,tlysq xfcjdjq njn ;fkjr/
Rjnjhsq dtxyj yf xfcf[!
Vud'tr, ljrjkm tot ytyfcnmt
Yt gjvhfxftn rhfcys[ lytq,
B ghbujke,kbdftn cxfcnmt»
B ukflbn yfc herjq cdjtq;
Ljrjkt yt ghbikb vjhjps,
D cfle ,kfuje[f/n hjps,
Vs gjcgtibv b[ j,jyznm/
Nfr/? ,eltv ;bpym/ yfckf;lfnmcz
B ntv, xtv vj;tv, entifnmcz,
Gj gkfnm/ yjub ghjnzufnm/
F tckb, ns bkm rnj lheubt
Bp dpfbs[ vbks[ vyt ujcntq,
Xthnjub ghtlgjxnz pkfnst
B zcnds cf[fhys ffhtq/
Rj vyt yt chzlbntcm jnreifnm, —
Bpdjkmnt nfjz ds njkr ghjckeifnm:
,kf;tycndt yt d kexf[ gfhabh,
Yt d drect zcnd, yt d ytut cke[f,
Yj d plhfdbb b cgjrjqcndt le[f, —
Evthtyyjcnm tcnm kexibq ;bh/