Александр ПушкинОт северных оков освобождая мир (К вельможе)

Александр Пушкин [pushkin]

От северных оков освобождая мир,
Лишь только на поля, струясь, дохнет зефир,
Лишь только первая позеленеет липа,
4 К тебе, приветливый потомок Аристиппа,
К тебе явлюся я; увижу сей дворец,
Где циркуль зодчего, палитра и резец
Ученой прихоти твоей повиновались
8 И вдохновенные в волшебстве состязались.

Ты понял жизни цель: счастливый человек,
Для жизни ты живешь. Свой долгий ясный век
Еще ты смолоду умно разнообразил,
12 Искал возможного, умеренно проказил;
Чредою шли к тебе забавы и чины.
Посланник молодой увенчанной жены,
Явился ты в Ферней — и циник поседелый,
16 Умов и моды вождь пронырливый и смелый,
Свое владычество на Севере любя,
Могильным голосом приветствовал тебя.
С тобой веселости он расточал избыток,
20 Ты лесть его вкусил, земных богов напиток.
С Фернеем распростясь, увидел ты Версаль.
Пророческих очей не простирая вдаль,
Там ликовало все. Армида молодая,
24 К веселью, роскоши знак первый подавая,
Не ведая, чему судьбой обречена,
Резвилась, ветреным двором окружена.
Ты помнишь Трианон и шумные забавы?
28 Но ты не изнемог от сладкой их отравы;
Ученье делалось на время твой кумир:
Уединялся ты. За твой суровый пир
То чтитель промысла, то скептик, то безбожник,
32 Садился Дидерот на шаткий свой треножник,
Бросал парик, глаза в восторге закрывал
И проповедывал. И скромно ты внимал
За чашей медленной афею иль деисту,
36 Как любопытный скиф афинскому софисту.

Но Лондон звал твое внимание. Твой взор
Прилежно разобрал сей двойственный собор:
Здесь натиск пламенный, а там отпор суровый,
40 Пружины смелые гражданственности новой.

Скучая, может быть, над Темзою скупой,
Ты думал дале плыть. Услужливый, живой,
Подобный своему чудесному герою,
44 Веселый Бомарше блеснул перед тобою.
Он угадал тебя: в пленительных словах
Он стал рассказывать о ножках, о глазах,
О неге той страны, где небо вечно ясно,
48 Где жизнь ленивая проходит сладострастно,
Как пылкий отрока восторгов полный сон,
Где жены вечером выходят на балкон,
Глядят и, не страшась ревнивого испанца,
52 С улыбкой слушают и манят иностранца.
И ты, встревоженный, в Севиллу полетел.
Благословенный край, пленительный предел!
Там лавры зыблются, там апельсины зреют...
56 О, расскажи ж ты мне, как жены там умеют
С любовью набожность умильно сочетать,
Из-под мантильи знак условный подавать;
Скажи, как падает письмо из-за решетки,
60 Как златом усыплен надзор угрюмой тетки;
Скажи, как в двадцать лет любовник под окном
Трепещет и кипит, окутанный плащом.

Все изменилося. Ты видел вихорь бури,
64 Падение всего, союз ума и фурий,
Свободой грозною воздвигнутый закон,
Под гильотиною Версаль и Трианон
И мрачным ужасом смененные забавы.
68 Преобразился мир при громах новой славы.
Давно Ферней умолк. Приятель твой Вольтер,
Превратности судеб разительный пример,
Не успокоившись и в гробовом жилище,
72 Доныне странствует с кладбища на кладбище.
Барон д’Ольбах, Морле, Гальяни, Дидерот,
Энциклопедии скептической причет,
И колкий Бомарше, и твой безносый Касти,
76 Все, все уже прошли. Их мненья, толки, страсти
Забыты для других. Смотри: вокруг тебя
Все новое кипит, былое истребя.
Свидетелями быв вчерашнего паденья,
80 Едва опомнились младые поколенья.
Жестоких опытов сбирая поздний плод,
Они торопятся с расходом свесть приход.
Им некогда шутить, обедать у Темиры
84 Иль спорить о стихах. Звук новой, чудной лиры,
Звук лиры Байрона развлечь едва их мог.

Один все тот же ты. Ступив за твой порог,
Я вдруг переношусь во дни Екатерины.
88 Книгохранилище, кумиры, и картины,
И стройные сады свидетельствуют мне,
Что благосклонствуешь ты музам в тишине,
Что ими в праздности ты дышишь благородной.
92 Я слушаю тебя: твой разговор свободный
Исполнен юности. Влиянье красоты
Ты живо чувствуешь. С восторгом ценишь ты
И блеск Алябьевой и прелесть Гончаровой.
96 Беспечно окружась Корреджием, Кановой,
Ты, не участвуя в волнениях мирских,
Порой насмешливо в окно глядишь на них
И видишь оборот во всем кругообразный.

100 Так, вихорь дел забыв для муз и неги праздной,
В тени порфирных бань и мраморных палат,
Вельможи римские встречали свой закат.
И к ним издалека то воин, то оратор,
104 То консул молодой, то сумрачный диктатор
Являлись день-другой роскошно отдохнуть,
Вздохнуть о пристани и вновь пуститься в путь.

Другие анализы стихотворений Александра Пушкина

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

все твой глядеть жена вихрь восторг забава бомарше версаль дидероть

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Количество символов

4 130

Количество символов без пробелов

3 504

Количество слов

620

Количество уникальных слов

424

Количество значимых слов

253

Количество стоп-слов

205

Количество строк

106

Количество строф

7

Водность

59,2 %

Классическая тошнота

3,00

Академическая тошнота

4,0 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

твой

9

1,45 %

все

7

1,13 %

восторг

3

0,48 %

жена

3

0,48 %

забава

3

0,48 %

бомарше

2

0,32 %

версаль

2

0,32 %

вихрь

2

0,32 %

глядеть

2

0,32 %

дидероть

2

0,32 %

едва

2

0,32 %

живой

2

0,32 %

забыть

2

0,32 %

звук

2

0,32 %

знак

2

0,32 %

иль

2

0,32 %

кипеть

2

0,32 %

кладбище

2

0,32 %

кумир

2

0,32 %

лира

2

0,32 %

лишь

2

0,32 %

мир

2

0,32 %

молодой

2

0,32 %

муза

2

0,32 %

нега

2

0,32 %

окно

2

0,32 %

пленительный

2

0,32 %

подавать

2

0,32 %

сей

2

0,32 %

слушать

2

0,32 %

смелый

2

0,32 %

судьба

2

0,32 %

суровый

2

0,32 %

трианон

2

0,32 %

увидеть

2

0,32 %

ферный

2

0,32 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Комментарии

Ot severnykh okov osvobozhdaya mir

Aleksandr Pushkin

K velmozhe

Ot severnykh okov osvobozhdaya mir,
Lish tolko na polya, struyas, dokhnet zefir,
Lish tolko pervaya pozeleneyet lipa,
K tebe, privetlivy potomok Aristippa,
K tebe yavlyusya ya; uvizhu sey dvorets,
Gde tsirkul zodchego, palitra i rezets
Uchenoy prikhoti tvoyey povinovalis
I vdokhnovennye v volshebstve sostyazalis.

Ty ponyal zhizni tsel: schastlivy chelovek,
Dlya zhizni ty zhivesh. Svoy dolgy yasny vek
Yeshche ty smolodu umno raznoobrazil,
Iskal vozmozhnogo, umerenno prokazil;
Chredoyu shli k tebe zabavy i chiny.
Poslannik molodoy uvenchannoy zheny,
Yavilsya ty v Ferney — i tsinik posedely,
Umov i mody vozhd pronyrlivy i smely,
Svoye vladychestvo na Severe lyubya,
Mogilnym golosom privetstvoval tebya.
S toboy veselosti on rastochal izbytok,
Ty lest yego vkusil, zemnykh bogov napitok.
S Ferneyem rasprostyas, uvidel ty Versal.
Prorocheskikh ochey ne prostiraya vdal,
Tam likovalo vse. Armida molodaya,
K veselyu, roskoshi znak pervy podavaya,
Ne vedaya, chemu sudboy obrechena,
Rezvilas, vetrenym dvorom okruzhena.
Ty pomnish Trianon i shumnye zabavy?
No ty ne iznemog ot sladkoy ikh otravy;
Uchenye delalos na vremya tvoy kumir:
Uyedinyalsya ty. Za tvoy surovy pir
To chtitel promysla, to skeptik, to bezbozhnik,
Sadilsya Diderot na shatky svoy trenozhnik,
Brosal parik, glaza v vostorge zakryval
I propovedyval. I skromno ty vnimal
Za chashey medlennoy afeyu il deistu,
Kak lyubopytny skif afinskomu sofistu.

No London zval tvoye vnimaniye. Tvoy vzor
Prilezhno razobral sey dvoystvenny sobor:
Zdes natisk plamenny, a tam otpor surovy,
Pruzhiny smelye grazhdanstvennosti novoy.

Skuchaya, mozhet byt, nad Temzoyu skupoy,
Ty dumal dale plyt. Usluzhlivy, zhivoy,
Podobny svoyemu chudesnomu geroyu,
Vesely Bomarshe blesnul pered toboyu.
On ugadal tebya: v plenitelnykh slovakh
On stal rasskazyvat o nozhkakh, o glazakh,
O nege toy strany, gde nebo vechno yasno,
Gde zhizn lenivaya prokhodit sladostrastno,
Kak pylky otroka vostorgov polny son,
Gde zheny vecherom vykhodyat na balkon,
Glyadyat i, ne strashas revnivogo ispantsa,
S ulybkoy slushayut i manyat inostrantsa.
I ty, vstrevozhenny, v Sevillu poletel.
Blagoslovenny kray, plenitelny predel!
Tam lavry zyblyutsya, tam apelsiny zreyut...
O, rasskazhi zh ty mne, kak zheny tam umeyut
S lyubovyu nabozhnost umilno sochetat,
Iz-pod mantilyi znak uslovny podavat;
Skazhi, kak padayet pismo iz-za reshetki,
Kak zlatom usyplen nadzor ugryumoy tetki;
Skazhi, kak v dvadtsat let lyubovnik pod oknom
Trepeshchet i kipit, okutanny plashchom.

Vse izmenilosya. Ty videl vikhor buri,
Padeniye vsego, soyuz uma i fury,
Svobodoy groznoyu vozdvignuty zakon,
Pod gilotinoyu Versal i Trianon
I mrachnym uzhasom smenennye zabavy.
Preobrazilsya mir pri gromakh novoy slavy.
Davno Ferney umolk. Priatel tvoy Volter,
Prevratnosti sudeb razitelny primer,
Ne uspokoivshis i v grobovom zhilishche,
Donyne stranstvuyet s kladbishcha na kladbishche.
Baron d’Olbakh, Morle, Galyani, Diderot,
Entsiklopedii skepticheskoy prichet,
I kolky Bomarshe, i tvoy beznosy Kasti,
Vse, vse uzhe proshli. Ikh mnenya, tolki, strasti
Zabyty dlya drugikh. Smotri: vokrug tebya
Vse novoye kipit, byloye istrebya.
Svidetelyami byv vcherashnego padenya,
Yedva opomnilis mladye pokolenya.
Zhestokikh opytov sbiraya pozdny plod,
Oni toropyatsya s raskhodom svest prikhod.
Im nekogda shutit, obedat u Temiry
Il sporit o stikhakh. Zvuk novoy, chudnoy liry,
Zvuk liry Bayrona razvlech yedva ikh mog.

Odin vse tot zhe ty. Stupiv za tvoy porog,
Ya vdrug perenoshus vo dni Yekateriny.
Knigokhranilishche, kumiry, i kartiny,
I stroynye sady svidetelstvuyut mne,
Chto blagosklonstvuyesh ty muzam v tishine,
Chto imi v prazdnosti ty dyshish blagorodnoy.
Ya slushayu tebya: tvoy razgovor svobodny
Ispolnen yunosti. Vlianye krasoty
Ty zhivo chuvstvuyesh. S vostorgom tsenish ty
I blesk Alyabyevoy i prelest Goncharovoy.
Bespechno okruzhas Korredzhiyem, Kanovoy,
Ty, ne uchastvuya v volneniakh mirskikh,
Poroy nasmeshlivo v okno glyadish na nikh
I vidish oborot vo vsem krugoobrazny.

Tak, vikhor del zabyv dlya muz i negi prazdnoy,
V teni porfirnykh ban i mramornykh palat,
Velmozhi rimskiye vstrechali svoy zakat.
I k nim izdaleka to voin, to orator,
To konsul molodoy, to sumrachny diktator
Yavlyalis den-drugoy roskoshno otdokhnut,
Vzdokhnut o pristani i vnov pustitsya v put.

Jn ctdthys[ jrjd jcdj,j;lfz vbh

Fktrcfylh Geirby

R dtkmvj;t

Jn ctdthys[ jrjd jcdj,j;lfz vbh,
Kbim njkmrj yf gjkz, cnhezcm, lj[ytn ptabh,
Kbim njkmrj gthdfz gjptktyttn kbgf,
R nt,t, ghbdtnkbdsq gjnjvjr Fhbcnbggf,
R nt,t zdk/cz z; edb;e ctq ldjhtw,
Ult wbhrekm pjlxtuj, gfkbnhf b htptw
Extyjq ghb[jnb ndjtq gjdbyjdfkbcm
B dlj[yjdtyyst d djkit,cndt cjcnzpfkbcm/

Ns gjyzk ;bpyb wtkm: cxfcnkbdsq xtkjdtr,
Lkz ;bpyb ns ;bdtim/ Cdjq ljkubq zcysq dtr
Tot ns cvjkjle evyj hfpyjj,hfpbk,
Bcrfk djpvj;yjuj, evthtyyj ghjrfpbk;
Xhtlj/ ikb r nt,t pf,fds b xbys/
Gjckfyybr vjkjljq edtyxfyyjq ;tys,
Zdbkcz ns d Athytq — b wbybr gjctltksq,
Evjd b vjls dj;lm ghjyshkbdsq b cvtksq,
Cdjt dkflsxtcndj yf Ctdtht k/,z,
Vjubkmysv ujkjcjv ghbdtncndjdfk nt,z/
C nj,jq dtctkjcnb jy hfcnjxfk bp,snjr,
Ns ktcnm tuj drecbk, ptvys[ ,jujd yfgbnjr/
C Athyttv hfcghjcnzcm, edbltk ns Dthcfkm/
Ghjhjxtcrb[ jxtq yt ghjcnbhfz dlfkm,
Nfv kbrjdfkj dct/ Fhvblf vjkjlfz,
R dtctkm/, hjcrjib pyfr gthdsq gjlfdfz,
Yt dtlfz, xtve celm,jq j,htxtyf,
Htpdbkfcm, dtnhtysv ldjhjv jrhe;tyf/
Ns gjvybim Nhbfyjy b ievyst pf,fds?
Yj ns yt bpytvju jn ckflrjq b[ jnhfds;
Extymt ltkfkjcm yf dhtvz ndjq revbh:
Etlbyzkcz ns/ Pf ndjq cehjdsq gbh
Nj xnbntkm ghjvsckf, nj crtgnbr, nj ,tp,j;ybr,
Cflbkcz Lblthjn yf ifnrbq cdjq nhtyj;ybr,
,hjcfk gfhbr, ukfpf d djcnjhut pfrhsdfk
B ghjgjdtlsdfk/ B crhjvyj ns dybvfk
Pf xfitq vtlktyyjq fat/ bkm ltbcne,
Rfr k/,jgsnysq crba fabycrjve cjabcne/

Yj Kjyljy pdfk ndjt dybvfybt/ Ndjq dpjh
Ghbkt;yj hfpj,hfk ctq ldjqcndtyysq cj,jh:
Pltcm yfnbcr gkfvtyysq, f nfv jngjh cehjdsq,
Ghe;bys cvtkst uhf;lfycndtyyjcnb yjdjq/

Crexfz, vj;tn ,snm, yfl Ntvpj/ cregjq,
Ns levfk lfkt gksnm/ Ecke;kbdsq, ;bdjq,
Gjlj,ysq cdjtve xeltcyjve uthj/,
Dtctksq ,jvfhit ,ktcyek gthtl nj,j//
Jy euflfk nt,z: d gktybntkmys[ ckjdf[
Jy cnfk hfccrfpsdfnm j yj;rf[, j ukfpf[,
J ytut njq cnhfys, ult yt,j dtxyj zcyj,
Ult ;bpym ktybdfz ghj[jlbn ckfljcnhfcnyj,
Rfr gskrbq jnhjrf djcnjhujd gjkysq cjy,
Ult ;tys dtxthjv ds[jlzn yf ,fkrjy,
Ukzlzn b, yt cnhfifcm htdybdjuj bcgfywf,
C eks,rjq ckeif/n b vfyzn byjcnhfywf/
B ns, dcnhtdj;tyysq, d Ctdbkke gjktntk/
,kfujckjdtyysq rhfq, gktybntkmysq ghtltk!
Nfv kfdhs ps,k/ncz, nfv fgtkmcbys pht/n///
J, hfccrf;b ; ns vyt, rfr ;tys nfv evt/n
C k/,jdm/ yf,j;yjcnm evbkmyj cjxtnfnm,
Bp-gjl vfynbkmb pyfr eckjdysq gjlfdfnm;
Crf;b, rfr gflftn gbcmvj bp-pf htitnrb,
Rfr pkfnjv ecsgkty yflpjh euh/vjq ntnrb;
Crf;b, rfr d ldflwfnm ktn k/,jdybr gjl jryjv
Nhtgtotn b rbgbn, jrenfyysq gkfojv/

Dct bpvtybkjcz/ Ns dbltk db[jhm ,ehb,
Gfltybt dctuj, cj/p evf b aehbq,
Cdj,jljq uhjpyj/ djpldbuyensq pfrjy,
Gjl ubkmjnbyj/ Dthcfkm b Nhbfyjy
B vhfxysv e;fcjv cvtytyyst pf,fds/
Ghtj,hfpbkcz vbh ghb uhjvf[ yjdjq ckfds/
Lfdyj Athytq evjkr/ Ghbzntkm ndjq Djkmnth,
Ghtdhfnyjcnb celt, hfpbntkmysq ghbvth,
Yt ecgjrjbdibcm b d uhj,jdjv ;bkbot,
Ljysyt cnhfycndetn c rkfl,bof yf rkfl,bot/
,fhjy l’Jkm,f[, Vjhkt, Ufkmzyb, Lblthjn,
'ywbrkjgtlbb crtgnbxtcrjq ghbxtn,
B rjkrbq ,jvfhit, b ndjq ,tpyjcsq Rfcnb,
Dct, dct e;t ghjikb/ B[ vytymz, njkrb, cnhfcnb
Pf,sns lkz lheub[/ Cvjnhb: djrheu nt,z
Dct yjdjt rbgbn, ,skjt bcnht,z/
Cdbltntkzvb ,sd dxthfiytuj gfltymz,
Tldf jgjvybkbcm vkflst gjrjktymz/
;tcnjrb[ jgsnjd c,bhfz gjplybq gkjl,
Jyb njhjgzncz c hfc[jljv cdtcnm ghb[jl/
Bv ytrjulf ienbnm, j,tlfnm e Ntvbhs
Bkm cgjhbnm j cnb[f[/ Pder yjdjq, xelyjq kbhs,
Pder kbhs ,fqhjyf hfpdktxm tldf b[ vju/

Jlby dct njn ;t ns/ Cnegbd pf ndjq gjhju,
Z dlheu gthtyjiecm dj lyb Trfnthbys/
Rybuj[hfybkbot, revbhs, b rfhnbys,
B cnhjqyst cfls cdbltntkmcnde/n vyt,
Xnj ,kfujcrkjycndetim ns vepfv d nbibyt,
Xnj bvb d ghfplyjcnb ns lsibim ,kfujhjlyjq/
Z ckeif/ nt,z: ndjq hfpujdjh cdj,jlysq
Bcgjkyty /yjcnb/ Dkbzymt rhfcjns
Ns ;bdj xedcndetim/ C djcnjhujv wtybim ns
B ,ktcr Fkz,mtdjq b ghtktcnm Ujyxfhjdjq/
,tcgtxyj jrhe;fcm Rjhhtl;btv, Rfyjdjq,
Ns, yt exfcndez d djkytybz[ vbhcrb[,
Gjhjq yfcvtikbdj d jryj ukzlbim yf yb[
B dblbim j,jhjn dj dctv rheujj,hfpysq/

Nfr, db[jhm ltk pf,sd lkz vep b ytub ghfplyjq,
D ntyb gjhabhys[ ,fym b vhfvjhys[ gfkfn,
Dtkmvj;b hbvcrbt dcnhtxfkb cdjq pfrfn/
B r ybv bplfktrf nj djby, nj jhfnjh,
Nj rjycek vjkjljq, nj cevhfxysq lbrnfnjh
Zdkzkbcm ltym-lheujq hjcrjiyj jnlj[yenm,
Dplj[yenm j ghbcnfyb b dyjdm gecnbnmcz d genm/