Владимир МаяковскийОбыкновенно мы говорим (Прощание)

Владимир Маяковский [mayakovsky]

Обыкновенно мы говорим:
все дороги приводят в Рим.
Не так у монпарнасца.
4 Готов поклясться.
И Рем и Ромул, и Ремул и Ром
в «Ротонду» придут или в «Дом»,
В кафе идут по сотням дорог,
8 плывут по бульварной реке.
Вплываю и я: «Garcon, un grog
americain!»
Сначала слова и губы и скулы
12 кафейный гомон сливал.
Но вот пошли вылупляться из гула
и лепятся фразой слова.
«Тут проходил Маяковский давеча,
16 хромой — не видали рази?» —
«А с кем он шел?» — «С Николай Николаичем», —
«С каким?» — «Да с великим князем!»
«С великим князем? Будет врать!
20 Он кругл и лыс, как ладонь.
Чекист он, послан сюда взорвать...» —
«Кого?» — «Буа-дю-Булонь.
Езжай, мол, Мишка...» Другой поправил:
24 «Вы врете, противно слушать!
Совсем и не Мишка он, а Павел.
Бывало сядем — Павлуша! —
a тут же его, супруга, княжна,
28 брюнетка, лет под тридцать...» —
«Чья? Маяковского? Он не женат». —
«Женат — и на императрице». —
«На ком? Ее же расстреляли...» — «И он
32 поверил... Сделайте милость!
Ее ж Маяковский спас за трильон!
Она же ж омолодилась!»
Благоразумный голос: «Да нет,
36 вы врете — Маяковский — поэт». —
«Ну да, — вмешалось двое саврасов, —
в конце семнадцатого года
в Москве чекой конфискован Некрасов
40 и весь Маяковскому отдан.
Вы думаете — сам он? Сбондил до иот —
весь стих, с запятыми, скраден.
Достанет Некрасова и продает —
44 червонцев по десять на день».
Где вы, свахи? Подымись, Агафья!
Предлагается жених невиданный.
Видано ль, чтоб человек с такою биографией
48 был бы холост и старел невыданный?!
Париж, тебе ль, столице столетий,
к лицу эмигрантская нудь?
Смахни за ушми эмигрантские сплетни.
52 Провинция! — не продохнуть. —
Я вышел в раздумье — черт его знает!
Отплюнулся — тьфу напасть!
Дыра в ушах не у всех сквозная —
56 другому может запасть!
Слушайте, читатели, когда прочтете,
что с Черчиллем Маяковский дружбу вертит
или что женился я на кулиджевской тете,
60 то, покорнейше прошу, — не верьте.

Другие анализы стихотворений Владимира Маяковского

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

весить великий князь видать маяковский врать женатый мишка некрасов николай

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Количество символов

1 865

Количество символов без пробелов

1 548

Количество слов

289

Количество уникальных слов

199

Количество значимых слов

100

Количество стоп-слов

121

Количество строк

60

Количество строф

1

Водность

65,4 %

Классическая тошнота

2,45

Академическая тошнота

5,9 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

маяковский

6

2,08 %

врать

3

1,04 %

великий

2

0,69 %

весить

2

0,69 %

видать

2

0,69 %

женатый

2

0,69 %

князь

2

0,69 %

мишка

2

0,69 %

некрасов

2

0,69 %

николай

2

0,69 %

оно

2

0,69 %

послать

2

0,69 %

слушать

2

0,69 %

тут

2

0,69 %

эмигрантский

2

0,69 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Комментарии

Obyknovenno my govorim

Vladimir Mayakovsky

Proshchaniye

Obyknovenno my govorim:
vse dorogi privodyat v Rim.
Ne tak u monparnastsa.
Gotov poklyastsya.
I Rem i Romul, i Remul i Rom
v «Rotondu» pridut ili v «Dom»,
V kafe idut po sotnyam dorog,
plyvut po bulvarnoy reke.
Vplyvayu i ya: «Garcon, un grog
americain!»
Snachala slova i guby i skuly
kafeyny gomon slival.
No vot poshli vyluplyatsya iz gula
i lepyatsya frazoy slova.
«Tut prokhodil Mayakovsky davecha,
khromoy — ne vidali razi?» —
«A s kem on shel?» — «S Nikolay Nikolaichem», —
«S kakim?» — «Da s velikim knyazem!»
«S velikim knyazem? Budet vrat!
On krugl i lys, kak ladon.
Chekist on, poslan syuda vzorvat...» —
«Kogo?» — «Bua-dyu-Bulon.
Yezzhay, mol, Mishka...» Drugoy popravil:
«Vy vrete, protivno slushat!
Sovsem i ne Mishka on, a Pavel.
Byvalo syadem — Pavlusha! —
a tut zhe yego, supruga, knyazhna,
bryunetka, let pod tridtsat...» —
«Chya? Mayakovskogo? On ne zhenat». —
«Zhenat — i na imperatritse». —
«Na kom? Yee zhe rasstrelyali...» — «I on
poveril... Sdelayte milost!
Yee zh Mayakovsky spas za trilon!
Ona zhe zh omolodilas!»
Blagorazumny golos: «Da net,
vy vrete — Mayakovsky — poet». —
«Nu da, — vmeshalos dvoye savrasov, —
v kontse semnadtsatogo goda
v Moskve chekoy konfiskovan Nekrasov
i ves Mayakovskomu otdan.
Vy dumayete — sam on? Sbondil do iot —
ves stikh, s zapyatymi, skraden.
Dostanet Nekrasova i prodayet —
chervontsev po desyat na den».
Gde vy, svakhi? Podymis, Agafya!
Predlagayetsya zhenikh nevidanny.
Vidano l, chtob chelovek s takoyu biografiyey
byl by kholost i starel nevydanny?!
Parizh, tebe l, stolitse stolety,
k litsu emigrantskaya nud?
Smakhni za ushmi emigrantskiye spletni.
Provintsia! — ne prodokhnut. —
Ya vyshel v razdumye — chert yego znayet!
Otplyunulsya — tfu napast!
Dyra v ushakh ne u vsekh skvoznaya —
drugomu mozhet zapast!
Slushayte, chitateli, kogda prochtete,
chto s Cherchillem Mayakovsky druzhbu vertit
ili chto zhenilsya ya na kulidzhevskoy tete,
to, pokorneyshe proshu, — ne verte.

J,sryjdtyyj vs ujdjhbv

Dkflbvbh Vfzrjdcrbq

Ghjofybt

J,sryjdtyyj vs ujdjhbv:
dct ljhjub ghbdjlzn d Hbv/
Yt nfr e vjygfhyfcwf/
Ujnjd gjrkzcnmcz/
B Htv b Hjvek, b Htvek b Hjv
d «Hjnjyle» ghblen bkb d «Ljv»,
D rfat blen gj cjnyzv ljhju,
gksden gj ,ekmdfhyjq htrt/
Dgksdf/ b z: «Garcon, un grog
americain!»
Cyfxfkf ckjdf b ue,s b creks
rfatqysq ujvjy ckbdfk/
Yj djn gjikb dskegkznmcz bp uekf
b ktgzncz ahfpjq ckjdf/
«Nen ghj[jlbk Vfzrjdcrbq lfdtxf,
[hjvjq — yt dblfkb hfpb?» —
«F c rtv jy itk?» — «C Ybrjkfq Ybrjkfbxtv», —
«C rfrbv?» — «Lf c dtkbrbv ryzptv!»
«C dtkbrbv ryzptv? ,eltn dhfnm!
Jy rheuk b ksc, rfr kfljym/
Xtrbcn jy, gjckfy c/lf dpjhdfnm///» —
«Rjuj?» — «,ef-l/-,ekjym/
Tp;fq, vjk, Vbirf///» Lheujq gjghfdbk:
«Ds dhtnt, ghjnbdyj ckeifnm!
Cjdctv b yt Vbirf jy, f Gfdtk/
,sdfkj czltv — Gfdkeif! —
a nen ;t tuj, cegheuf, ryz;yf,
,h/ytnrf, ktn gjl nhblwfnm///» —
«Xmz? Vfzrjdcrjuj? Jy yt ;tyfn»/ —
«;tyfn — b yf bvgthfnhbwt»/ —
«Yf rjv? Tt ;t hfccnhtkzkb///» — «B jy
gjdthbk/// Cltkfqnt vbkjcnm!
Tt ; Vfzrjdcrbq cgfc pf nhbkmjy!
Jyf ;t ; jvjkjlbkfcm!»
,kfujhfpevysq ujkjc: «Lf ytn,
ds dhtnt — Vfzrjdcrbq — gj'n»/ —
«Ye lf, — dvtifkjcm ldjt cfdhfcjd, —
d rjywt ctvyflwfnjuj ujlf
d Vjcrdt xtrjq rjyabcrjdfy Ytrhfcjd
b dtcm Vfzrjdcrjve jnlfy/
Ds levftnt — cfv jy? C,jylbk lj bjn —
dtcm cnb[, c pfgznsvb, crhflty/
Ljcnfytn Ytrhfcjdf b ghjlftn —
xthdjywtd gj ltcznm yf ltym»/
Ult ds, cdf[b? Gjlsvbcm, Fufamz!
Ghtlkfuftncz ;tyb[ ytdblfyysq/
Dblfyj km, xnj, xtkjdtr c nfrj/ ,bjuhfabtq
,sk ,s [jkjcn b cnfhtk ytdslfyysq?!
Gfhb;, nt,t km, cnjkbwt cnjktnbq,
r kbwe 'vbuhfyncrfz yelm?
Cvf[yb pf eivb 'vbuhfyncrbt cgktnyb/
Ghjdbywbz! — yt ghjlj[yenm/ —
Z dsitk d hfplevmt — xthn tuj pyftn!
Jngk/yekcz — nmae yfgfcnm!
Lshf d eif[ yt e dct[ crdjpyfz —
lheujve vj;tn pfgfcnm!
Ckeifqnt, xbnfntkb, rjulf ghjxntnt,
xnj c Xthxbkktv Vfzrjdcrbq lhe;,e dthnbn
bkb xnj ;tybkcz z yf rekbl;tdcrjq ntnt,
nj, gjrjhytqit ghjie, — yt dthmnt/