Николай НекрасовЧуть живые в ночь осеннюю (Орина мать солдатская)

Николай Некрасов [nekrasov]

Чуть живые в ночь осеннюю
Мы с охоты возвращаемся,
До ночлега прошлогоднего,
4 Слава богу, добираемся.

«Вот и мы! Здорово, старая!
Что насупилась ты, кумушка!
Не о смерти ли задумалась?
8 Брось! пустая эта думушка!

Посетила ли кручинушка?
Молви — может, и размыкаю». —
И поведала Оринушка
12 Мне печаль свою великую.

«Восемь лет сынка не видела,
Жив ли, нет — не откликается,
Уж и свидеться не чаяла,
16 Вдруг сыночек возвращается.

Вышло молодцу в бессрочные...
Истопила жарко банюшку,
Напекла блинов Оринушка,
20 Не насмотрится на Ванюшку!

Да недолги были радости.
Воротился сын больнехонек,
Ночью кашель бьет солдатика,
24 Белый плат в крови мокрехонек!

Говорит: «Поправлюсь, матушка!»
Да ошибся — не поправился,
Девять дней хворал Иванушка,
28 На десятый день преставился...»

Замолчала — не прибавила
Ни словечка, бесталанная.
«Да с чего же привязалася
32 К парню хворость окаянная?

Хилый, что ли, был с рождения?..»
Встрепенулася Оринушка:
«Богатырского сложения,
36 Здоровенный был детинушка!

Подивился сам из Питера
Генерал на парня этого,
Как в рекрутское присутствие
40 Привели его раздетого...

На избенку эту бревнышки
Он один таскал сосновые...
И вилися у Иванушки
44 Русы кудри как шелковые...»

И опять молчит несчастная...
«Не молчи — развей кручинушку!
Что сгубило сына милого —
48 Чай, спросила ты детинушка?»

— «Не любил, сударь, рассказывать
Он про жизнь свою военную,
Грех мирянам-то показывать
52 Душу — богу обреченную!

Говорить — гневить всевышнего,
Окаянных бесов радовать...
Чтоб не молвить слова лишнего,
56 На врагов не подосадовать,

Немота перед кончиною
Подобает христианину.
Знает бог, какие тягости
60 Сокрушили силу Ванину!

Я узнать не добивалася.
Никого не осуждаючи,
Он одни слова утешные
64 Говорил мне умираючи.

Тихо по двору похаживал
Да постукивал топориком,
Избу ветхую обхаживал,
68 Огород обнес забориком;

Перекрыть сарай задумывал.
Не сбылись его желания:
Слег — и встал на ноги резвые
72 Только за день до скончания!

Поглядеть на солнце красное
Пожелал, — пошла я с Ванею:
Попрощался со скотинкою,
76 Попрощался с ригой, с банею.

Сенокосом шел — задумался.
«Ты прости, прости, полянушка!
Я косил тебя во младости!» —
80 И заплакал мой Иванушка!

Песня вдруг с дороги грянула,
Подхватил, что было голосу,
«Не белы снежки», закашлялся,
84 Задышался — пал на полосу!

Не стояли ноги резвые,
Не держалася головушка!
С час домой мы возвращалися...
88 Было время — пел соловушка!

Страшно в эту ночь последнюю
Было: память потерялася,
Все ему перед кончиною
92 Служба эта представлялася.

Ходит, чистит амуницию,
Набелил ремни солдатские,
Языком играл сигналики,
96 Песни пел — такие хватские!

Артикул ружьем выкидывал
Так, что весь домишка вздрагивал;
Как журавль стоял на ноженьке
100 На одной — носок вытягивал.

Вдруг метнулся... смотрит жалобно...
Повалился — плачет, кается,
Крикнул: «Ваше благородие!
104 Ваше!..» Вижу, задыхается.

Я к нему. Утих, послушался —
Лег на лавку. Я молилася:
Не пошлет ли бог спасение?..
108 К утру память воротилася,

Прошептал: «Прощай, родимая!
Ты опять одна осталася!..»
Я над Ваней наклонилася,
112 Покрестила, попрощалася,

И погас он, словно свеченька
Восковая, предыконная...»

Мало слов, а горя реченька,
116 Горя реченька бездонная!..

Другие анализы стихотворений Николая Некрасова

❤ Аффтар жжот💔 КГ/АМ

ваш бог оно один ночь вдруг иванушка оринушка ваня возвращаться

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

Анализ стихотворения

Количество символов

3 145

Количество символов без пробелов

2 653

Количество слов

443

Количество уникальных слов

309

Количество значимых слов

186

Количество стоп-слов

141

Количество строк

116

Количество строф

30

Водность

58,0 %

Классическая тошнота

2,00

Академическая тошнота

4,4 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Семантическое ядро

Слово

Количество

Частота

бог

4

0,90 %

один

4

0,90 %

оно

4

0,90 %

вдруг

3

0,68 %

иванушка

3

0,68 %

ночь

3

0,68 %

оринушка

3

0,68 %

ваня

2

0,45 %

ваш

2

0,45 %

возвращаться

2

0,45 %

горе

2

0,45 %

детинушка

2

0,45 %

деть

2

0,45 %

живой

2

0,45 %

задуматься

2

0,45 %

кончина

2

0,45 %

кручинушка

2

0,45 %

молчать

2

0,45 %

окаянный

2

0,45 %

опять

2

0,45 %

память

2

0,45 %

парень

2

0,45 %

перед

2

0,45 %

песня

2

0,45 %

петь

2

0,45 %

поправиться

2

0,45 %

попрощаться

2

0,45 %

простить

2

0,45 %

резвый

2

0,45 %

реченька

2

0,45 %

сын

2

0,45 %

Заказать анализ стихотворения

Вам будут начислены 100 рублей. Ими можно оплатить 50% первого задания.

Комментарии

Chut zhivye v noch osennyuyu

Nikolay Nekrasov

Orina mat soldatskaya

Chut zhivye v noch osennyuyu
My s okhoty vozvrashchayemsya,
Do nochlega proshlogodnego,
Slava bogu, dobirayemsya.

«Vot i my! Zdorovo, staraya!
Chto nasupilas ty, kumushka!
Ne o smerti li zadumalas?
Bros! pustaya eta dumushka!

Posetila li kruchinushka?
Molvi — mozhet, i razmykayu». —
I povedala Orinushka
Mne pechal svoyu velikuyu.

«Vosem let synka ne videla,
Zhiv li, net — ne otklikayetsya,
Uzh i svidetsya ne chayala,
Vdrug synochek vozvrashchayetsya.

Vyshlo molodtsu v bessrochnye...
Istopila zharko banyushku,
Napekla blinov Orinushka,
Ne nasmotritsya na Vanyushku!

Da nedolgi byli radosti.
Vorotilsya syn bolnekhonek,
Nochyu kashel byet soldatika,
Bely plat v krovi mokrekhonek!

Govorit: «Popravlyus, matushka!»
Da oshibsya — ne popravilsya,
Devyat dney khvoral Ivanushka,
Na desyaty den prestavilsya...»

Zamolchala — ne pribavila
Ni slovechka, bestalannaya.
«Da s chego zhe privyazalasya
K parnyu khvorost okayannaya?

Khily, chto li, byl s rozhdenia?..»
Vstrepenulasya Orinushka:
«Bogatyrskogo slozhenia,
Zdorovenny byl detinushka!

Podivilsya sam iz Pitera
General na parnya etogo,
Kak v rekrutskoye prisutstviye
Priveli yego razdetogo...

Na izbenku etu brevnyshki
On odin taskal sosnovye...
I vilisya u Ivanushki
Rusy kudri kak shelkovye...»

I opyat molchit neschastnaya...
«Ne molchi — razvey kruchinushku!
Chto sgubilo syna milogo —
Chay, sprosila ty detinushka?»

— «Ne lyubil, sudar, rasskazyvat
On pro zhizn svoyu voyennuyu,
Grekh miryanam-to pokazyvat
Dushu — bogu obrechennuyu!

Govorit — gnevit vsevyshnego,
Okayannykh besov radovat...
Chtob ne molvit slova lishnego,
Na vragov ne podosadovat,

Nemota pered konchinoyu
Podobayet khristianinu.
Znayet bog, kakiye tyagosti
Sokrushili silu Vaninu!

Ya uznat ne dobivalasya.
Nikogo ne osuzhdayuchi,
On odni slova uteshnye
Govoril mne umirayuchi.

Tikho po dvoru pokhazhival
Da postukival toporikom,
Izbu vetkhuyu obkhazhival,
Ogorod obnes zaborikom;

Perekryt saray zadumyval.
Ne sbylis yego zhelania:
Sleg — i vstal na nogi rezvye
Tolko za den do skonchania!

Poglyadet na solntse krasnoye
Pozhelal, — poshla ya s Vaneyu:
Poproshchalsya so skotinkoyu,
Poproshchalsya s rigoy, s baneyu.

Senokosom shel — zadumalsya.
«Ty prosti, prosti, polyanushka!
Ya kosil tebya vo mladosti!» —
I zaplakal moy Ivanushka!

Pesnya vdrug s dorogi gryanula,
Podkhvatil, chto bylo golosu,
«Ne bely snezhki», zakashlyalsya,
Zadyshalsya — pal na polosu!

Ne stoyali nogi rezvye,
Ne derzhalasya golovushka!
S chas domoy my vozvrashchalisya...
Bylo vremya — pel solovushka!

Strashno v etu noch poslednyuyu
Bylo: pamyat poteryalasya,
Vse yemu pered konchinoyu
Sluzhba eta predstavlyalasya.

Khodit, chistit amunitsiyu,
Nabelil remni soldatskiye,
Yazykom igral signaliki,
Pesni pel — takiye khvatskiye!

Artikul ruzhyem vykidyval
Tak, chto ves domishka vzdragival;
Kak zhuravl stoyal na nozhenke
Na odnoy — nosok vytyagival.

Vdrug metnulsya... smotrit zhalobno...
Povalilsya — plachet, kayetsya,
Kriknul: «Vashe blagorodiye!
Vashe!..» Vizhu, zadykhayetsya.

Ya k nemu. Utikh, poslushalsya —
Leg na lavku. Ya molilasya:
Ne poshlet li bog spaseniye?..
K utru pamyat vorotilasya,

Prosheptal: «Proshchay, rodimaya!
Ty opyat odna ostalasya!..»
Ya nad Vaney naklonilasya,
Pokrestila, poproshchalasya,

I pogas on, slovno svechenka
Voskovaya, predykonnaya...»

Malo slov, a gorya rechenka,
Gorya rechenka bezdonnaya!..

Xenm ;bdst d yjxm jctyy//

Ybrjkfq Ytrhfcjd

Jhbyf vfnm cjklfncrfz

Xenm ;bdst d yjxm jctyy//
Vs c j[jns djpdhfoftvcz,
Lj yjxktuf ghjikjujlytuj,
Ckfdf ,jue, lj,bhftvcz/

«Djn b vs! Pljhjdj, cnfhfz!
Xnj yfcegbkfcm ns, reveirf!
Yt j cvthnb kb pflevfkfcm?
,hjcm! gecnfz 'nf leveirf!

Gjctnbkf kb rhexbyeirf?
Vjkdb — vj;tn, b hfpvsrf/»/ —
B gjdtlfkf Jhbyeirf
Vyt gtxfkm cdj/ dtkbre//

«Djctvm ktn csyrf yt dbltkf,
;bd kb, ytn — yt jnrkbrftncz,
E; b cdbltnmcz yt xfzkf,
Dlheu csyjxtr djpdhfoftncz/

Dsikj vjkjlwe d ,tcchjxyst///
Bcnjgbkf ;fhrj ,fy/ire,
Yfgtrkf ,kbyjd Jhbyeirf,
Yt yfcvjnhbncz yf Dfy/ire!

Lf ytljkub ,skb hfljcnb/
Djhjnbkcz csy ,jkmyt[jytr,
Yjxm/ rfitkm ,mtn cjklfnbrf,
,tksq gkfn d rhjdb vjrht[jytr!

Ujdjhbn: «Gjghfdk/cm, vfneirf!»
Lf jib,cz — yt gjghfdbkcz,
Ltdznm lytq [djhfk Bdfyeirf,
Yf ltcznsq ltym ghtcnfdbkcz///»

Pfvjkxfkf — yt ghb,fdbkf
Yb ckjdtxrf, ,tcnfkfyyfz/
«Lf c xtuj ;t ghbdzpfkfcz
R gfhy/ [djhjcnm jrfzyyfz?

[bksq, xnj kb, ,sk c hj;ltybz?//»
Dcnhtgtyekfcz Jhbyeirf:
«,jufnshcrjuj ckj;tybz,
Pljhjdtyysq ,sk ltnbyeirf!

Gjlbdbkcz cfv bp Gbnthf
Utythfk yf gfhyz 'njuj,
Rfr d htrhencrjt ghbcencndbt
Ghbdtkb tuj hfpltnjuj///

Yf bp,tyre 'ne ,htdysirb
Jy jlby nfcrfk cjcyjdst///
B dbkbcz e Bdfyeirb
Hecs relhb rfr itkrjdst///»

B jgznm vjkxbn ytcxfcnyfz///
«Yt vjkxb — hfpdtq rhexbyeire!
Xnj cue,bkj csyf vbkjuj —
Xfq, cghjcbkf ns ltnbyeirf?»

— «Yt k/,bk, celfhm, hfccrfpsdfnm
Jy ghj ;bpym cdj/ djtyye/,
Uht[ vbhzyfv-nj gjrfpsdfnm
Leie — ,jue j,htxtyye/!

Ujdjhbnm — uytdbnm dctdsiytuj,
Jrfzyys[ ,tcjd hfljdfnm///
Xnj, yt vjkdbnm ckjdf kbiytuj,
Yf dhfujd yt gjljcfljdfnm,

Ytvjnf gthtl rjyxbyj/
Gjlj,ftn [hbcnbfybye/
Pyftn ,ju, rfrbt nzujcnb
Cjrheibkb cbke Dfybye!

Z epyfnm yt lj,bdfkfcz/
Ybrjuj yt jce;lf/xb,
Jy jlyb ckjdf entiyst
Ujdjhbk vyt evbhf/xb/

Nb[j gj ldjhe gj[f;bdfk
Lf gjcnerbdfk njgjhbrjv,
Bp,e dtn[e/ j,[f;bdfk,
Jujhjl j,ytc pf,jhbrjv;

Gthtrhsnm cfhfq pflevsdfk/
Yt c,skbcm tuj ;tkfybz:
Cktu — b dcnfk yf yjub htpdst
Njkmrj pf ltym lj crjyxfybz!

Gjukzltnm yf cjkywt rhfcyjt
Gj;tkfk, — gjikf z c Dfyt/:
Gjghjofkcz cj crjnbyrj/,
Gjghjofkcz c hbujq, c ,fyt//

Ctyjrjcjv itk — pflevfkcz/
«Ns ghjcnb, ghjcnb, gjkzyeirf!
Z rjcbk nt,z dj vkfljcnb!» —
B pfgkfrfk vjq Bdfyeirf!

Gtcyz dlheu c ljhjub uhzyekf,
Gjl[dfnbk, xnj ,skj ujkjce,
«Yt ,tks cyt;rb», pfrfikzkcz,
Pflsifkcz — gfk yf gjkjce!

Yt cnjzkb yjub htpdst,
Yt lth;fkfcz ujkjdeirf!
C xfc ljvjq vs djpdhfofkbcz///
,skj dhtvz — gtk cjkjdeirf!

Cnhfiyj d 'ne yjxm gjcktly//
,skj: gfvznm gjnthzkfcz,
Dct tve gthtl rjyxbyj/
Cke;,f 'nf ghtlcnfdkzkfcz/

[jlbn, xbcnbn fveybwb/,
Yf,tkbk htvyb cjklfncrbt,
Zpsrjv buhfk cbuyfkbrb,
Gtcyb gtk — nfrbt [dfncrbt!

Fhnbrek he;mtv dsrblsdfk
Nfr, xnj dtcm ljvbirf dplhfubdfk;
Rfr ;ehfdkm cnjzk yf yj;tymrt
Yf jlyjq — yjcjr dsnzubdfk/

Dlheu vtnyekcz/// cvjnhbn ;fkj,yj///
Gjdfkbkcz — gkfxtn, rftncz,
Rhbryek: «Dfit ,kfujhjlbt!
Dfit!//» Db;e, pfls[ftncz/

Z r ytve/ Enb[, gjckeifkcz —
Ktu yf kfdre/ Z vjkbkfcz:
Yt gjiktn kb ,ju cgfctybt?//
R enhe gfvznm djhjnbkfcz,

Ghjitgnfk: «Ghjofq, hjlbvfz!
Ns jgznm jlyf jcnfkfcz!//»
Z yfl Dfytq yfrkjybkfcz,
Gjrhtcnbkf, gjghjofkfcz,

B gjufc jy, ckjdyj cdtxtymrf
Djcrjdfz, ghtlsrjyyfz///»

Vfkj ckjd, f ujhz htxtymrf,
Ujhz htxtymrf ,tpljyyfz!//